Форум » Женский раздел » Притчи . » Ответить

Притчи .

Агния: Давайте поделимся притчами, кто какими. Ведь они интересны и поучительны , их с радостью слушают и дети и взрослые.

Ответов - 138, стр: 1 2 3 4 All

Агния: Жили-были два соседа. Один был добрый и отзывчивый, а другой - ворчун и вредина: то забор подломит, то гусей в огород пустит. Вот однажды, он поставил ведро с помоями у самой двери дома, считая что хозяин у себя. А дорый сосед, тем временем, не зная об этом, собрал два мешка сочных, крупных яблок и шёл домой. Увидя грязное и ржавое ведро, он, поднял его и выбросил на помойку. Взял своё чистое ведро, наложил туда яблок и пошёл к соседу. Стучит в дверь, а злой обрадовался, думает, что сейчас поругаются. Открывает и видит, добрый сосед сияет, улыбается и говорит: "Вот брат, прими яблочки! Кто чем богат"

Агния: Жил-был человек. Когда он был еще ребенком, бабушка всегда говорила ему: "Внучек, вот вырастешь ты большой, станет тебе на душе плохо, меня уж не будет - ты иди в храм… тебе всегда там легче станет". Так и случилось. Вырос. Стало жить невыносимо. Пришел в храм. И тут к нему один подходит: "Не так руки держишь"! Вторая подбегает: "Не там стоишь!" Третья ворчит: "Не так одет!" Сзади одергивают: "Неправильно крестишься!"… В конце концов подошла одна женщина и говорит ему: "Вы, знаете, вообще бы, вышли из храма, купили себе книжку о том, как себя здесь вести надо, потом бы и заходили!" Вышел человек из храма, сел на лавку и горько заплакал. И подходит к нему Христос: "Что ты, чадо, плачешь?" Поворачивает человек свое заплаканное лицо и говорит: "Господи! Меня в храм не пускают!" Обнял его Господь и тихо говорит: "Ты не плачь, они и Меня давно туда не пускают..."

Агния: Однажды, один юноша 20-ти лет полетел в космос. Прилетел и пошёл к другу. - Я летал в космос, Бога там не видел, значит его нет! - Ду-урак ты Ванька! Ванька ушёл. Встретились они через 40 лет. Ванька уже был о.Иван,говорит: - Уверовал я в Бога, теперь служу ему. - Всё-равно дурак ты - умному человеку это и так понятно.


Агния: Один парикмахер, подстригая клиента, разговорился с ним о Боге: - Если Бог существует, откуда столько больных людей? Откуда беспризорные дети и несправедливые войны? Если бы Он действительно существовал, не было бы ни страданий, ни боли. Трудно представить себе любящего Бога, который допускает всё это. Поэтому лично я не верю в его существование. Тогда клиент сказал парикмахеру: - Знаете, что я скажу? Парикмахеров не существует. – Как это так? – удивился парикмахер.– Один из них сейчас перед вами. – Нет! - воскликнул клиент. – Их не существует, иначе не было бы столько заросших и небритых людей, как вон тот человек, который идет по улице. – Ну, мил человек, дело ж не в парикмахерах! Просто люди сами ко мне не приходят. – В том-то и дело! – подтвердил клиент. – И я о том же: Бог есть. Просто люди не ищут Его и не приходят к Нему. Вот почему в мире так много боли и страданий.

Агния: В одном католическом монастыре, приходит послушник к настоятелю за послушанием. Тот отправляет молодого послушника переводить тексты. Приходит он в канцелярию и берется за дело, с остальными монахами. Через некоторое время замечает он, что все переводы делаются с других переводов, а не с оригиналов. Приходит послушник к настоятелю и спрашивает: "А не будет правильней делать переводы с подлинников, товарищ настоятель?" Настоятель говорит: "Знаешь, что? Ты абсолютно прав. Пойду-ка я и принесу оригинальные тексты." Ушел настоятель в библиотеку. Заканчивается день, его нет. На следующий день - он не появляется. Проходит еще день, и братия забеспокоилась за своего настоятеля и побежала в библиотеку. А тот сидит над книгой канонов и рвёт на себе волосы и все повторяет: "Celebrate! Celebrate!" (Праздновать). Испуганная братия спрашивает: "Настоятель, что случилось? Все ли в порядке?" А он говорит: "Здесь же написано 'celebrate'(праздновать), а не 'celibate!' (целибат)"

Агния: В одном городе началась засуха. Лето было в разгаре, и городской священник созвал всех утром в храм молиться о дожде. Пришёл весь город, и весь город смеялся над одним ребёнком. Ребёнок пришёл с зонтиком. И каждый смеялся и говорил: - Дурачок, зачем ты притащил зонтик? Потеряешь. Ребёнок сказал: - А я думал, что если вы помолитесь, дождь пойдет.

Агния: Стал волк христианином, ходит и говорит всем: - Простите, благословите. Идет мимо заяц, он ему: - Здравствуй, заяц. А тот: - Здравствуй, волк. - Ну ты меня прости, заяц, я тебя раньше обижал, был неправ. - Бог тебя простит, волк. Идет дальше, навстречу ему гусь, волк говорит: - Ты меня прости, гусь, я, может быть, когда-то был неправ, родственников твоих обижал и еще чего. Гусь ему: - Ш-ш-ш. Волк ему говорит: - Гусь, ну ты не гневайся, я все-таки каюсь, прости меня, я теперь другой стал, я - христианин. А гусь опять: - Ш-ш-ш. Волк взял его и съел. Ему говорят: - Ты что, волк, ты же христианином стал, - а тот: - А чего он на святого шипит?

Агния: Быть святым легко. И не стоит саркастично улыбаться. Спросите, как? Да очень просто! Вот, например, я — очень милосердная, сострадательная, чувствительная к чужому горю и лёгкая на подъём для помощи ближнему... Недавно ко мне на вокзале подошла бабуля. Пальтишко на ней старенькое, изношенное, платочек тонюсенький и ветхий. Едва доковыляв до меня, она ни о чём не просила — просто перекрестилась и молчала. Не верю я, что это была одна из тех попрошаек, о которых сейчас вещает телевидение. Конечно, мне стало её безумно жаль, на глазах заблестели слёзы, в носу защипало. Подумать только, наверное, она была очевидцем Первой мировой. И вот этот некогда столп Отечества стоял передо мной столпом нищеты и старости. Миленькая бабушка, разве что-то жалко мне для Вас? Уж мне ли не знать, что культура поколений определяется уровнем жизни стариков. Как же обидно мне за Вас! Я лезу в карман, думаю о том, что сейчас награжу бабушку достойной купюрой (хотя это ничтожно мало в сравнении с моим долгом перед ней). И тут... О, ужас! Сумка-то в машине осталась — а в карманах пусто! Пожала я плечами: дескать, нет ничего. Бабушка без тени осуждения отошла к очередному «милостивому жертвователю». А я осталась стоять... Святость была рядом. Протяни руку — и станешь святым. А я — да, святая, но в душе. Ведь я же готова была... а сумка эта, будь она неладна, всё мне испортила! Или вот вчера, в сберкассе. Стоя в очереди, увидела мамашу с ребёночком грудным на руках. Служащие в лютый январский мороз впустили беднягу погреться на скамеечке. Вид голодный, загнанный, младенец плачет. Мать выуживает из сумки бутылку с какой-то смесью и суёт её ребёнку. Я стою чуть не плача. План дальнейших действий быстро созревает в голове. Сейчас оплачу счета и сразу же подойду к ней. Скажу, чтобы она ждала меня, а сама — пулей домой. Отдам ей все, все детские вещи, что остались, даже новые! Разве стоит тут считать такие мелочи, когда людям, возможно, грозит голодно-холодная смерть? А ещё возьму дома молоко, хлеб, что там ещё такого есть. О, да жила бы я одна — точно впустила бы их к себе хотя бы помыться и погреться. Я упоённо внимала своим благотворительным помыслам, думая, что ещё — и ещё, и ещё — могу ей отдать. Тем временем малыш, дососав жидкость из бутылки, умиротворённо уснул, и мать со своими пожитками тихо покинула помещение. «Эй, куда же вы?!» — так и хотелось закричать. Но не кричать же! Я даже с места не сдвинулась, потому что как раз моя очередь — а я уже столько выстояла. Не уходить же сейчас. Ах, как жаль, что вы ушли — мать и малыш! Ведь я же собиралась вам так помочь! Святая — только тихо, шёпотом, чтобы не кричать, почти неслышно... А сегодня, спускаясь в переход метро, я увидела бомжа-алкоголика (такие сразу отличаются своим колоритным видом на фоне других). Помня свой прокол с бабушкой на вокзале, я сунула руку в сумку. Так, кошелёк на месте, сейчас дам ему пару гривен. Думаете, нельзя давать на водку? Я не согласна. Зимой это для них единственный способ выжить. Есть-то им нечего и жить негде. Так что для них это не угощение, а лекарство. Но в кошельке только крупные купюры. С такой милостыней он умрёт от передоза, нужно разменять. А он смотрит так... Есть во взгляде этих несчастных что-то такое... Иду, разбиваю деньги, зажимаю в кулаке банкноту. Прямо направляюсь в угол прохода. Но... нет. Его нет! Как и не было. Да что же такое! Наверное, свалил поскорее обменивать собранную мелочь на бутылку! Вот так. А сердце купалось в лучах милости и сострадания... Святая.

Агния: Притча о дружбе и любви Жили-были два друга. В один момент они поспорили, и один из них дал пощечину другому. Последний, чувствуя боль, но ничего не говоря, написал на песке: "Сегодня мой самый лучший друг дал мне пощечину". Они продолжали идти, и нашли оазис, в котором решили искупаться. Тот, который получил пощечину, едва не утонул и его друг его спас. Когда он пришел в себя, он написал на камне: "Сегодня мой самый лучший друг спас мне жизнь". Тот, кто дал пощечину и который спас жизнь своему другу спросил его: — Когда я тебя обидел, ты написал на песке, а теперь ты пишешь на камне. Почему? Друг ответил: — Когда кто-либо нас обижает, мы должны написать это на песке, чтобы ветры могли стереть это. Но когда кто-либо делает что-либо нам хорошее, мы должны выгравировать это на камне, чтобы никакой ветер не смог бы стереть это из нашей памяти. Научись писать обиды на песке и гравировать радости на камне.

Агния: Один святой сказал: если я попаду в рай,то удивлюсь там трижды,1) что туда попал я,2) что не увижу там тех,кого ожидал увидеть,3) что увижу там тех,кого увидеть там не ожидал.

Агния: Древняя сказка о ветре и солнце Порфирий Кавсокаливит Делать добро нужно в соответствии со сказкой о ветре и солнце... Однажды они поспорили, кто из них сильнее, и заключили договор: кто снимет тулуп с пастуха, который в тот момент забирался на гору, тот и сильнее. Ветер начал дуть, сильнее и сильнее, но пастух лишь замерз, и еще плотнее запахнул свой тулуп. Тогда из-за облаков вышло солнце, расточая вокруг приятное тепло и благорастворение воздухов, пастух согрелся и снял свой тулуп. Тогда солнце сказало ветру: «Видел, кто из нас двоих сильнее?» И Геронда Порфирий закончил: «Грубостью не приобретешь человека, но только добротой»...

Агния: Пришла как-то к старцу некая семейная пара. — Отче, — говорит супруга, — я ожидаю ребенка, а у нас уж и так четверо детей; коли пятый родится — не проживём. Благословите сделать аборт. — Вижу, живётся вам не просто, — отвечает старец, — что ж, благословляю вас убить своего ребёнка. Только убивайте старшую дочь, ей ведь уже пятнадцать лет: чай, пожила уже на свете, кое-что повидала, а тот кроха и лучика солнечного ещё не видел, несправедливым будет лишать его этой возможности. В ужасе женщина закрыла лицо руками и зарыдала.

Агния: В доме одних богатых людей перестали молиться перед едой. Однажды к ним в гости пришёл проповедник. Стол накрыли очень изысканно: достали самые лучшие фруктовые соки и подали очень вкусное блюдо. Семья села за стол. Все смотрели на проповедника и думали, что теперь он помолится перед едой. Но проповедник сказал: — Отец семейства должен молиться за столом, ведь он первый молитвенник в семье. Наступило неприятное молчание, потому что в этой семье никто не молился. Отец откашлялся и сказал: — Знаете, дорогой проповедник, мы не молимся, потому что в молитве перед едой всегда повторяется одно и то же. Молитвы по привычке — это пустая болтовня. Эти вечные повторения каждый день, каждый год нисколько не помогают, поэтому мы больше не молимся. Проповедник удивлённо посмотрел на всех, но тут семилетняя девочка сказала: — Папа, неужели мне не нужно больше каждое утро приходить к тебе и говорить "доброе утро"

Агния: К священнику пришёл подросток и горестно застенал: — Почему меня никто не любит, особенно девушки? И священник ответил ему: — Потому что ты сам никого не любишь, особенно себя.

Агния: Про женщину Бог, творя женщину уже шестой день, работал сверхурочно. Показавшийся ангел спросил: - Почему ты так много времени проводишь над работой с ней? На что Бог ответил: - А ты видел инструкцию? Она должна не бояться влаги, но быть не пластмассовая; она должна состоять из 200 движущихся деталей, и все они должны заменяться; она должна держаться на кофе и остатках еды; её колени должны быть такими, чтоб на них сразу помещалось двое детей, но когда она встанет, они должны выглядеть грациозно; её поцелуй должен вылечить всё, начиная с царапины и заканчивая разбитым сердцем; она должна иметь шесть пар рук. Ангел очень удивился, что для этого существа столько требований. - Шесть рук! Ну уж нет! - вскрикнул ангел. Бог ответил: - О, да не в руках беда. А в трёх парах глаз, которые обязана иметь каждая мать! - И это всё в типичной модели? - спросил Ангел, имея в виду три пары глаз. Бог кивнул: - Да, одна пара глаз, чтоб мать видела сквозь закрытую дверь, когда будет спрашивать своих детей, чем они занимаются, хотя она и так уже знает. Вторая пара глаз, чтобы видеть что ей надо знать, хотя другие об этом даже не догадываются. А третья пара - для того, чтоб взглянув на разбалованного ребёнка, без слов сказала ему, что любит и понимает его. Ангел пытался остановить Бога: - Но ведь это столько работы, на сегодня хватит, закончишь завтра. - Но я не могу,- ответил Бог- Я уже почти заканчиваю свой шедевр, который так близок к моему сердцу. Ангел подошёл и прикоснулся к женщине. - Бог, но она такая нежная? - Да, она нежная - согласился Творец. – Но я её сотворил и крепкой. Не представляешь сколько она может вытерпеть и сколько всего сделать. - А она умеет думать? - спросил ангел. Бог уверил: - Она не только умеет думать, она может аргументировать и доказывать. Тогда ангел что-то заметил, протянул руку и дотронулся до щеки женщины. - Ой, кажется эта модель пропускает воду. Говорил же тебе, что ты пробуешь слишком много всего в неё поместить. - Не протекает, - опровергнул творец. - Это слеза! - А зачем ей слеза?! - удивился Ангел. Господь разъяснил: - Через слёзы она может проявить свою радость, переживания, боль, разочарование, одиночество и гордость. Ангел был восхищен. - Господь, да ты гений! Ты всё точно обдумал, потому что женщина и вправду необыкновенная?! Женщины своей силой удивляют мужчин. Они растят детей, выносят все трудности, но в то же время светятся счастьем, любовью и радостью. Они улыбаются, когда хотят кричать. Поют, когда хотят плакать. Они плачут, когда очень счастливы и смеются, когда переживают. Они борются за то, во что верят и смело противятся несправедливости. Они не принимают ответа «нет», когда верят, что есть решение лучше. Женщина произошла из ребра мужчины. Не из ноги, чтобы быть униженной. Не из головы, чтобы превосходить. Но из бока, чтобы быть бок о бок. Из под руки, чтобы быть защищенной И со стороны сердца, чтобы быть любимой

Александра: Агния, Спаси Вас Христос! Еще пожалуйста можно?

Нарьян-Мар: Агния пишет: Женщина произошла из ребра мужчины. Это что за бред? Вы у мужа случаем не пересчитывали ребра? Александра пишет: Еще пожалуйста можно? А что орешки еще не всплыли?

Михайло: Агния, не слухай Нюру, это она не подумамши говорит.

Савл: Ох, зря так говоришь Михайло Сейчас, как приползет Нюра да как встанет на хвосте да капюшон раздует ........

Владимир: Ужалит?

Владимир: Агния пишет: "Ты не плачь, они и Меня давно туда не пускают..." Понравилось,спаси Христос.

Михайло: Савл пишет: сейчас, как приползет Нюра да как встанет на хвосте да капюшон раздует ........ ЗМЕЯ ВМЕСТО ПОЯСА Жил старец в одиноко стоящей каливке. Время от времени ему приносили пищу. А он целыми днями молился и трудился. Это был очень простой и добрый старец. Там, где он жил, водилось множество змей. Они не боялись старца, подползали к нему очень близко и мешали ему работать. Тогда старец хватал их и выбрасывал вон. Но одна змея все время пыталась к нему приблизиться и так докучала, что старец, рассердившись, схватил её, обернул вокруг пояса и завязал узлом. А потом продолжил свою работу. В это время к старцу пришёл монах, приносивший ему пищу. Увидев змею, которой был опоясан старец, словно поясом, он ужаснулся и закричал: — Убери эту змею! А простой старец сказал: — Не бойся! Ведь Христос сказал: «Вот, даю вам власть наступать на змей и на скорпионов, и на всю силу вражию, и ничто не повредит вам!» ЗМЕЯ Однажды голова одной змеи поссорилась со своим хвостом. Хвост говорит голове: «Я должен быть впереди». Голова отвечает: «Всегда я была впереди. Почему же вдруг должно быть иначе?» В результате голова как всегда оказалась впереди. Хвост же обвился вокруг дерева, и голова не могла двинуться вперёд. Тогда она пустила вперёд хвост. Не успев даже далеко уйти, змея тут же свалилась в огненную яму и там сгорела. ЖЕНЩИНА И ЗМЕЯ Когда—то, давным—давно, женщина собирала хворост и нашла ядовитую змею, замерзшую в снегу. Она взяла змею домой и выходила ее. И вот однажды змея укусила ее в щеку. Умирая, женщина спросила змею: «Зачем ты это сделала?». И змея ответила: «Послушай....Ты же знала, что я змея» СВЯТОЙ И ЗМЕЯ На одном поле, где маленькие пастухи пасли скот, жила страшная и ядовитая змея. Однажды святой отшельник проходил мимо. Дети подбежали к нему и закричали: «Святой отец, не проходи здесь, берегись змеи!» «Дети мои, — сказал святой старец, — я не боюсь вашей змеи. Я знаю такие молитвы, которые защищают от всякого зла». Сказав это, он продолжил свой путь... Змея видит, как приближается какой-то человек, поднимает голову, святой отец шепчет заклинание, и змея падает к его ногам. «Почему же ты живёшь, причиняя зло другим? — спросил святой отец. — Я назову тебе священное имя Господа, и ты будешь повторять его и научишься любить Бога; в конце концов ты увидишь Его, желание делать зло покинет тебя». Прошли дни, маленькие пастухи заметили, что змея перестала жалить, они бросали в неё камни. Один мальчик схватил змею за хвост и стал вертеть её над головой, потом несколько раз ударил головой о камни. Змея потеряла много крови, её оставили, думая, что она мертва. Ночью она пришла в себя и тихо-тихо приползла в свою нору, а всё тело у неё было разбито. Она старалась жить кое-как, питаясь листьями и разными сухими травами. Однажды по этой местности опять проходил тот же святой отец. Он озирался по сторонам, искал змею. Дети сказали ему, что её больше нет в живых, но он знал, что смерть для неё невозможна до разрешения проблемы жизни, то есть до лицезрения Бога. Змея выползла из своей норы и поведала отшельнику, что с ней случилось. На что святой отец воскликнул: «Какие глупости! Нужно быть идиотом, чтобы не знать, как помешать своим врагам так обращаться с собою. Я запретил тебе только кусать какую-либо тварь, но почему же ты не зашипела на тех, кто хотел тебя убить, чтобы напугать их?..»

Александра: Нарьян-Мар пишет: А что орешки еще не всплыли? ???

Александра: Жил-был юноша с плохим характером. Отец ему дал полный мешок гвоздей и сказал: «Забивай один гвоздь в ворота сада каждый раз, когда потеряешь терпение или поругаешься с кем-либо» В первый день он забил 37 гвоздей в ворота сада. В последующие недели научился контролировать количество забитых гвоздей, уменьшая его изо дня в день: понял, что контролировать себя проще, чем забивать гвозди в ворота сада. Наконец наступил тот день, когда юноша не забил ни одного гвоздя. Тогда он пришел к отцу и сказал эту новость. Отец сказал юноше: «Вынимай один гвоздь из ворот каждый раз, когда не потеряешь терпение». Наконец наступил тот день, когда юноша смог сказать отцу, что вытащил все гвозди. Отец подвел сына к садовым воротам: «Сын, ты прекрасно себя вел, но посмотри, сколько дырок осталось в воротах!» Никогда они не будут такими как раньше. Когда ты с кем-то ругаешься и говоришь ему неприятные слова, ты оставляешь ему раны как те, что на воротах. Можешь вонзить в человека нож и потом вытащить его, но всегда останется рана. И будет неважно, сколько раз ты попросишь прощения. Рана останется. Рана, принесенная словами, причиняет ту же боль, что и физическая.

Александра: (Из дневника). Недавно услышала песню, в которой была рассказана следующая история. В больничной палате лежали два человека. Один лежал около окна, а другой -- у двери. Тот, который лежал у окна, мог смотреть через него на улицу, а тому, который лежал у двери была видна лишь дверь и больничные стены. И он попросил своего товарища, который лежал у окна, рассказать ему, что он там видит. И другой больной начал рассказывать. Он рассказывал ему каждый день то о речке, о кошке, гуляющей по берегу, то о купающихся ребятишках, то о зеленом лесе. Картины за окном каждый день менялись, и другой больной, который лежал у двери, стал думать: "Что за несправедливость такая? Почему ему все видно, а мне только и смотреть, что на эту больничную стену?" Этого он понять никак не мог. Зависть и злоба с каждым днем росли в его сердце. И вот однажды его сосед почувствовал себя плохо и не смог дотянуться до окна. Он уже не рассказывал ему ни о речке, ни о влюбленных на мостках. Вдруг он захрипел, выгнулся, но не смог дотянуться даже до кнопки над своей кроватью, чтобы вызвать сестру. Тот больной, который лежал у двери, мог нажать на свою кнопку и вызвать сестру, но он закрыл глаза и притворился, будто ничего не слышит... Наутро пришла сестра милосердия, чтобы сменить постельное белье за покойником. Больной, который лежал у двери, попросил ее, и она помогла, перебраться на кровать у окна. Когда он выглянул в окно, то на его шее задергалась вена: за окном он увидел глухую больничную стену. И тогда он рассказал сестре и о речке, и о лесе, и о кошке, гуляющей по берегу... "Ну что Вы, - ласково ответила сестра. - Он не мог ничего видеть, ведь он был слепой. Это он Вас утешить старался"...

Евгения: Из святоотеческого предания Старец упрекал молодого монаха: - В твоем возрасте я работал по десять часов в день, а еще десять проводил в молитве. Молодой монах отвечал: - Я восхищаюсь твоим юношеским рвением, отче, но еще больше меня восхищает твоя зрелость, благодаря которой ты оставил эти крайности. "Один молодой монах спросил у старца: - Отче, должен ли я теперь полностью отречься от мира? - Не беспокойся, - отвечал старец, - если твоя жизнь действительно будет христианской, мир немедленно сам от тебя отречется." "Один молодой монах мыл листья салата. К нему подошел другой монах и, желая испытать его, спросил: - Можешь ли ты повторить, что говорил старец в проповеди сегодня утром? - Я не помню, - признался молодой монах. - Для чего же ты слушал проповедь, если ты уже ее не помнишь? - Погляди, брат: вода моет салат, но не остается на его листьях. Салат, тем не менее, становится совершенно чистым." "Жил в Александрии один очень богатый человек, который каждый день молился Богу об облегчении жизни бедняков. Узнав об этом, авва Макарий послал ему сказать: «Я хотел бы обладать всем твоим состоянием». Изумленный богач послал к нему одного из своих слуг спросить, что бы тот стал делать с таким богатством? Авва Макарий сказал: - Передай своему хозяину, что я немедленно исполнил бы его молитву." "До того, как стать монахом, авва Лонгин работал в мастерской корзинщика. Каждый день он должен был сплетать по пятнадцать корзин. Однажды, работая весьма усердно, он сплел целых двадцать корзин. - Разве мне не полагается дополнительной платы за эти корзины? - спросил он хозяина. - Да, - отвечал хозяин, - но ты ведь знаешь, что говорится в Библии: «В поте лица твоего будешь добывать хлеб свой». - Нигде, однако, не говорится, что я должен также добывать и твой! - возразил Лонгин." "Среди отцов-пустынников, как и повсюду, были братья, беспокоившиеся из-за своего здоровья. Один из них, по имени Диоскорид, имел обыкновение посещать каждую неделю авву Илию, который, будучи человеком терпеливым и склонным к сочувствию, каждый раз осведомлялся о его здоровье. Диоскорид неизменно жаловался: - Мой желудок словно изъеден тысячью червей... Или: - У меня как будто облако в мозгу... Или же: - Кости мои стали хрупкими, как тростинки. Авва Илия утешал его, призывая уповать на Господа. В один прекрасный день Диоскорид исчез на целый месяц. Авва Илия стал не на шутку беспокоиться. Когда наконец Диоскорид появился, авва Илия бросился к нему с расспросами: - Брат, я так беспокоился о тебе! С тобой что-нибудь случилось? - Ничего серьезного, - отвечал тот, - я болел." "Авва Даниил славился своей мягкостью и милосердием к грешникам. Однажды, придя к больному выслушать исповедь, он увидел, что тот колеблется. - Я не настаиваю, чтобы ты исповедался, - сказал старец. - Я не хочу, чтобы под влиянием страха ты принял поспешное решение. Засыпай спокойно, и если завтра утром проснешься, позови меня."

Евгения: Из святоотеческого предания Один образованный монах, выходец из Антиохийской школы, спросил как-то авву Симеона: - Отче, как ты думаешь, что такое реальность? - Это прекрасная вещь, и была бы очень простой, если бы люди не взяли себе в голову объяснять, что это такое. Авва Сысой сказал по поводу александрийских богословов: «Если бы Господь Бог поручил составить десять заповедей богословам, у нас было бы не десять заповедей, а тысяча». Один монах спросил авву Аммония, почему это люди века сего так много суетятся. Старец отвечал: - Они бегают по миру вдоль и поперек из страха, как бы не пришлось встретиться с ним лицом к лицу. Как-то раз один из братьев спросил игумена: - Должны ли мы остерегаться даже пожилых женщин? - Пожилые женщины, - отвечал старец, - как розовый куст. Розы опали, но шипы остались. Один старец заметил: «Все в жизни происходит так: когда вы становитесь достаточно большим, чтобы дотянуться до горшочка с медом, вам этого уже не хочется». Один старец сказал: «Безмолвие - одно из самых драгоценных украшений женщины. Вот почему она так редко выставляет его напоказ». Авва Варсанофий сказал: «Чем менее умен священник, тем мирянин ему кажется глупее». По поводу же александрийских священников, чье поведение оставляло желать лучшего, авва Поэмен сказал: «Многим священникам следовало бы пойти в пустыню, чтобы принять имя "человек"». - Отче, - сказал однажды старцу молодой монах, - мне кажется, что авва Кассиан страдает подозрительностью. - Так и есть, - отвечал старец, - но это добрая подозрительность, ибо он по сто раз на дню прощает тебе ошибки, которых ты и не думал совершать. Один человек сказал великому Антонию: - Ты самый великий монах на всем Востоке! - Дьявол мне это уже говорил, - отвечал Антоний. Один молодой монах спросил авву Филарета: - Почему ты позволяешь этому брату так долго говорить с тобой? - Я забочусь о его здоровье. Ведь если болтун не найдет в день хотя бы одного собеседника, он задохнется. - Отче, - спросил один молодой монах, - почему Церковь называет святым пребывание в браке? - Потому что в нем насчитывается немалое число мучеников! - отвечал с улыбкой старец. - Отче, почему ты всегда так молчалив? - спросил молодой монах авву Серапиона. - Прежде всего из-за внутренней дисциплины, - отвечал старец. - К тому же, и без этого слишком много людей, которые говорят и говорят, не находя при этом, что сказать. Однажды монастырь аввы Виссариона, чья душевная деликатность была широко известна, посетил епископ. Старец, желая почтить епископа, немного склонного к чревоугодию, постарался приготовить для него достойную трапезу. Но когда епископ ему сказал: - Авва, надеюсь, ты не стал убивать кошку, чтобы приготовить этого зайца? - старец не смог удержаться и ответил: - Нет, владыко, я воспользовался уже дохлой.

Нарьян-Мар: Александра пишет: ??? Тоже из притчи.

Александра: Понятно.

Агния: Притча о змее Однажды змея погналась за бабочкой и преследовала ее день и ночь. Страх придавал бабочке сил, она била крыльями и летела все дальше и дальше. А змея не уставала ползти по пятам. На третий день обессилевшая бабочка почувствовала, что не может больше лететь, она присела на цветок и спросила свою преследовательницу: — До того как ты меня убьешь, можно задать тебе три вопроса? — Не в моих привычках предоставлять такие возможно-сти жертвам, ну да ладно, будем считать это твоими пред-смертными желаниями, можешь спрашивать. — Ты питаешься бабочками? — Нет... — Я сделала тебе что-то плохое? — Нет. — Тогда почему ты хочешь убить меня? — Ненавижу смотреть, как ты порхаешь!!!

Владимир: Отречение от мира Молодой христианин обратился к более опытному верующему с вопросом: - Брат, должен ли я полностью отречься от мира? - Не беспокойся,- ответил тот, - если твоя жизнь действительно будет христианской, мир сам отречется от тебя.

Irina: Владимир пишет: если твоя жизнь действительно будет христианской, мир сам отречется от тебя. Как это верно!

Владимир: Монах и лев Давным-давно в одной далекой стране жил монах. Он отличался своей подвижнической жизнью, постился, молился, не совершал грехов. И вот, решил он, что достиг совершенства. Захотел он стать отшельником и ушел в пустыню. Долго он ходил по пустыне, запасы воды и еды закончились, сам он обессилил, его ноги уже не держали, он упал среди барханов и, вдруг, на него выскакивает голодный разъяренный лев. Монах стал молиться Богу: «Господи, не уж-то мне придется здесь, вот так вот, умереть, не уж-то меня съест это чудовище? Господи, сделай хотя бы так, чтобы я умер не бесцельно, пусть этот лев станет христианином, таким, как я!» В это время лев постепенно приближался к монаху, и вот, кода лев готов уже было сделать последний прыжок, он остановился, встал на задние лапы, перекрестился и прочитал молитву: «Христе Боже, освяти ястие рабу твоему…» и… растерзал монаха. Мораль: чтобы стать верующим, главное – изменить свой внутренний мир, внешнее изменение – вторично. Магазин Однажды женщине приснился сон, что за прилавком магазина стоял Господь Бог. — Господи! Это Ты! — воскликнула она с радостью. — Да, это Я, — ответил Бог. — А что у Тебя можно купить? — спросила женщина. — У меня можно купить всё, — прозвучал ответ. — В таком случае дай мне, пожалуйста, здоровья, счастья, любви, успеха и много денег. Бог доброжелательно улыбнулся и ушёл в подсобное помещение за заказанным товаром. Через некоторое время он вернулся с маленькой бумажной коробочкой. — И это всё?! — воскликнула удивленная и разочарованная женщина. — Да, это всё, — ответил Бог и добавил: — Разве ты не знала, что в моем магазине продаются только семена?

Владимир: Сколько волка не корми... Жил как-то волк; он растерзал множество овец и поверг в смятение и слезы многих людей. Однажды он вдруг почувствовал угрызения совести и стал раскаиваться в своей жизни; он решил измениться и более не убивать овец. Чтобы всё было по правилам, он отправился к священнику и попросил его отслужить благодарственный молебен. Священник начал службу, а волк стоял и плакал в церкви. Служба была длинная. Волку случилось зарезать немало овец и у священника, поэтому священник со всей серьёзностью молился о том, чтобы волк изменился. Но вдруг волк выглянул в окошко и увидел, что овец гонят домой. Он начал переминаться с ноги на ногу, а священник всё молился, и молитве не видно конца. Наконец волк не выдержал и зарычал: - Кончай, священник! А то всех овец домой загонят и оставят меня без ужина!

Владимир: Промысел Божий Некий монах молился о том, дабы уразуметь пути Божия Промысла. И наконец Господь вразумил его. Как-то послал его игумен в соседний дальний монастырь по делу обители. Вот идёт наш батюшка через лес, встречается ему молодой послушник и говорит: - Старче, путь неблизкий, пойдём вместе. И они пошли вдвоём. На ночлег остановились они у рыбака, жившего на берегу реки. Тот принял иноков с почётом и трапезу им поставил на дорогом серебряном блюде. Но как только гости поели, молодой послушник, что пришёл со старцем, вынес это блюдо из дому и бросил в реку. Хозяин ничего не сказал. Потому и старый монах, хотя и подивился, но промолчал. Следующим вечером ночевали они у некоего крестьянина Сей тоже принял их ласково, даже ноги им мыл. И вот на утро, когда настала пора гостям уйти, подводит хлебопашец к инокам своего маленького сына - под благословение. Старец благословил дитя, но как только его коснулся его молодой спутник - ребёнок умер. Убитый горем отец как бы лишился дара речи, да и старый инок от страха не проронил ни слова. Третьим вечером старец настоял, остановиться в какой-нибудь брошенной избе, чтоб не вредить хозяевам. Так и сделали. Но утром послушник вдруг принялся разбирать по брёвнам избу, а закончив дело, снова стал её строить. Тут уж старец, третий день наблюдавший чудачества послушника, не выдержал. - Да кто ты такой? Что ты творишь? Третьего дня ты у доброго человека блюдо отнял, вчера отрока умертвил, а сегодня дом разорил и строишь вновь. Уж, не бесноват ли ты? Тогда послушник преобразился в ангела и промолвил: - Послушай, старче, что я тебе скажу. Рыбак, который нас покоил, правда человек благочестивый. Но то серебряное блюдо он когда-то в юности украл. Потому, я и бросил его в реку, чтобы он через то серебро не судим был страшным судом и не лишился рая. Второй хозяин, нас принявший добрый человек, но если бы вырос малолетний сын его, то был бы страшный злодей. Потому я и взял дущу его пока он мал, дабы спасти душу его за отцовскую праведность. В сём же дому было скрыто золото и я разорил его, чтобы никто того богатства сдесь не искал и через него не погиб. Строил же затем, чтоб ночлег был путникам. Возвращайся, старче в келью свою и не мучайся без ума Судови Господни глубина многая - неисследимая человеками. Вот и ты не испытывай того, чему веровать надобно. Сказав сие, ангел стал невидим.

Oleg23: Владимир пишет: Монах и лев Замечательно!

Евгения: Обет молчания(Японская притча) Однажды четверо монахов затворились в келье горного храма, дав обет промолчать семь дней. К ним имел доступ лишь мальчик-служка, приносивший все необходимое. С наступлением ночи в келье начал меркнуть светильник. Казалось вот-вот он угаснет. Один из монахов тот, что сидел к огню ближе других, не на шутку встревожился и воскликнул: - Мальчик, поправь же скорее фитиль! Услыхав это, монах, сидевший с ним рядом, сказал: - Кто же это говорит, когда дал обет молчания?! Сосед второго очень рассердился на обоих за нарушение обета и проговорил: - И что вы только за люди! Тогда старший монах, восседавший на главном месте, с важным видом изрек: - Только мне одному удалось промолчать!

Jora: Агния пишет: Про женщину Ролик в тему: http://video.mail.ru/mail/ven84/568/524.html

Евгения: «Когда необходимо применять меч? Настоящий фехтовальщик не должен думать о том, как бы ему продемонстрировать своё искусство убивать, он должен быть совершенным человеком и не только в свой профессии, но и везде. Меч - это символ духовности, а не орудие убийства. Вот история, которая даёт нам прекрасный пример печальной судьбы, которая ожидает несовершенную личность. Фехтовальщик по имени Умэдзу, живший в начале семнадцатого века, был известным фехтовальщиком и высоко себя ставил. Когда он услышал, что приехал Тода Сэйгэн в Мино, где Умэдзу преподавал своё фехтование, то он решил испробовать на нём своё искусство. Однако Сэйгэн вовсе не собирался принимать вызов. Он сказал: “Мечом пользуются тогда, когда нужно наказать преступника или в дело замешана честь. Мы не преступники и нам не нужно решать вопросы чести. Зачем же нам устраивать поединок?” Умэдзу принял это за попытку противника, осознающего свою слабость, уклониться от поединка. Он стал ещё более самонадеянным и высокомерно рассказывал направо и налево о происшедшем. Саито Еситану, правитель Мино, услышал о вызове и заинтересовавшись исходом поединка, послал просить Сэйгэна принять вызов. Сэйгэн не ответил. Просьба правителя была повторена трижды. Не имея возможности оказывать далее, Сэйгэн был вынужден принять вызов. Избрали судью, время и место поединка. Умэдзу отнесся к делу серьёзно. Три дня и две ночи он провёл, совершая ритуал очищения. Кто-то стал советовать Сэйгэну, чтобы и тот последовал его примеру. Но Сэйгэн отказался и объяснил это так: “Я всегда культивировал сердце искренности, а оно не даруется богами по особым случаям. Я никого не хочу задевать или ранить. Я принял вызов лишь потому, что неблагородно было отказывать правителю провинции, который так настоятельно просил меня”. Когда настал день поединка, оба фехтовальщика пришли на условленное место. Вслед за Умэдзу шли его многочисленные ученики. В руках Умэдзу был деревянный меч длиной в три фута, шесть дюймов, а у Сэйгэна был короткий меч всего фут и три дюйма. Умэдзу попросил у судьи взять настоящий меч. Это передали и Сэйгэну, но он сказал, что если Умэдзу хочет настоящий меч, то пусть берёт, это его дело, а сам он останется со своим коротким деревянным мечом. Судья решил, что оба противника должны сражаться деревянными мечами, а длину пуст выбирают сами, какая кому нравится. Теперь оба были готовы. Умэдзу со своим длинным мечом вел себя, как свирепый лев, готовясь сразить противника одним ударом. Сэйгэн смотрел на него совершенно невозмутимо и выглядел как кошка, которая будто дремлет, а сама собирается поймать крысу. Так они некоторое время смотрели друг на друга. И тут вдруг Сэйгэн издал крик и ударил своим коротким мечом Умэдзу по шее. От удара выступила кровь. Придя в ярость, Умэдзу изо всей силы размахнулся своим длинным мечом, желая мгновенно уничтожить противника. Но прежде чем он это успел сделать, Сэйгэн уже нанес удар по правой руке, и Умэдзу сразу выронил оружие. Сэйгэн ударом ноги переломил его меч на две части. Тогда Умэдзу схватился за меч, который висел у него на поясе, но рука не слушалась, и он упал на землю. Сэйгэн был не просто фехтовальщик, он был совершенным человеком. Умэдзу был полной его противоположностью. Он ничего не знал о нравственной стороне своего искусства, а ведь это главное.» Я бы отнесла эту притчу к словесному состязанию.Просто отличная!

сергей17: Мужик жалуется Богу: -Господи всем крест дал по силам, а мне нарочно другой дал, не могу больше, очень мне тяжело, не могу крест нести, не тот Ты мне крест дал. Господь подумал, забрал у мужика крест и привёл в место, где стоят прочие кресты: -Выбирай себе любой крест, какой по силам - это кресты тех людей, кто тебя в жизни окружает. Пошёл мужик, берет один оп-па!- не поднять даже. Другой берет-тот тоже от земли никак не оторвать. Ни один не смог. На второй заход увидел крест, ранее не замеченный. Поднял его и говорит Господу: -Владыка всея твари! Вот этот крест я себе возьму, только его я и могу нести, остальные мне и вовсе не поднять. Господь улыбнулся и молвил: -Человек! Это и был твой крест, который ты раньше нес. Никакой другой крест тебе не поднять - каждому свой. По силам.

gerontiy: Доброго здоровья братья и сестры! Прочел сегодня любопытную басню Ивана Андреевича Крылова, и хотел бы предложить ее вашему вниманию. Крестьянин и Лошадь Крестьянин засевал овёс; То видя, Лошадь молодая Так про себя ворчала, рассуждая: "За делом столько он овса сюда принёс! Вот, говорят, что люди нас умнее: Что может быть безумней и смешнее, Как поле целое изрыть, Чтоб после рассорить На нём овёс свой по-пустому? Стравил бы он его иль мне, или гнедому; Хоть курам бы его он вздумал разбросать, Всё было б более похоже то на стать; Хоть спрятал бы его: я видела б в том скупость; А попусту бросать! Нет, это просто глупость". Вот к осени, меж тем, овёс тот убран был, И наш Крестьянин им того ж Коня кормил. Читатель! Верно, нет сомненья, Что не одобришь ты конёва рассужденья; Но с самой древности, в наш даже век, Не так ли дерзко человек О воле судит Провиденья, В безумной слепоте своей, Не ведая его ни цели, ни путей? "1830"

Прасковья: Спаси Христос! Хорошая басня!

Агния: Прасковья пишет: Спаси Христос! Хорошая басня! Да,очень хорошая басня.Спаси Христос!

Агния: Отречение ради Истины. Прочитал человек одну мудрую книгу и ради Истины решил оставить и свой ветхий домишко, и бедный городок, и скудную зарплату. Хотя очень жалко ему было всё бросать… И очутился он в огромном красивом доме, вокруг которого, насколько хватало взгляда, простирались прекрасные сады. Здесь жили такие же, как он, люди, оставившие всё в этом мире. Сравнил он свою прежнюю жизнь с новой, и очень уж ему понравилось жить хорошо. Прошло время, он подумал-подумал и решил оставить и эту жизнь. Вся земля стала его домом, все её просторы — его садом, и все нетленные блага перешли в его владение. Но тут человек не удержался — возомнил о себе, возгордился. И в тот же миг вновь очутился в своём ветхом домишке с бедным огородом. Скорбь охватила его сердце, но потом он успокоился, поразмыслил и сказал сам себе: «А всё-таки самое главное я понял: вся беда — в гордости. Надо было первой её оставить». «Ты укротил гордых…» (Пс. 118:21).

Агния: На встрече верующих различных конфессий люди знакомились друг с другом. — Познакомьтесь, это католик. Был православным. — А как он стал католиком? — Его как-то обидели в Православии, и он перешёл в католичество. — Понятно. — Познакомьтесь, это мусульманин, был православным. — А он почему стал мусульманином? — Знаете ли, его обидели в Православии, и он перешёл в Ислам. — Так. Ясно. — А вот, познакомьтесь — буддист из Тибета. — Неужели и его тоже обидели? — Нет-нет, он — буддист с рождения. Долготерпите и вы, укрепите сердца ваши…» (Иак. 5:8)

Агния: В одном купе едут три женщины из России и один туркмен. За окном, насколько хватает взгляда, простираются песчаные барханы. Пораженные пустынностью и дикостью этих мест, женщины то и дело восклицают: — Какие страшные места! — Как здесь могут жить люди? — Неужели им здесь нравится? И вот поезд подъезжает к крохотной станции, за которой виднеется лишь несколько чахлых деревьев, верблюд, а вдали — глиняная мазаная кибитка. Туркмен начинает собирать вещи. — Вы здесь выходите? — удивились женщины. — Да, выхожу, — ответил туркмен и с чувством добавил: — Это — моя Родина! «…Живем ли — для Господа живем; умираем ли — для Господа умираем…» (Рим. 14:7-8).

Агния: Одна скандальная женщина испытывала сильную неприязнь к своим соседям. Она использовала любой повод, чтобы с ними поругаться. Как-то раз, из-за какого-то пустяка, она подняла шум и так кричала, что её слышала вся улица. Иногда она отпускала и весьма оскорбительные словечки в адрес соседа. Но тот молча ходил по своему двору, занимаясь своими делами. Вся улица поражалась его терпению. — Как ты можешь всё это так спокойно переносить? — спрашивали его. — Ничего, — отвечал невозмутимый сосед, — выговорится человек и успокоится. «…Не воспрекословит, не возопиет, и никто не услышит на улицах голоса Его» (Мф. 12:19).

старой_веры:

Дарья: Случилось как-то раз большое наводнение, и застигло оно обезьяну и рыбу. Обезьяна, создание проворное и опытное, ухитрилась вскарабкаться на дерево и ускользнула от бушующих вод. Посмотрев со своего безопасного места вниз, она увидела, как отчаянно несчастная рыба борется со стремительным потоком. С самыми добрыми намерениями обезьяна наклонилась и вынула рыбу из воды. Результат был печален.

Дарья: Среди горячих песков мёртвой пустыни росло одинокое Дерево. Пески колючие заметали Дерево. Солнце нещадно жгло кору его. А Дерево вопреки всему жило. Над пустыней пролетал Коршун. Увидел Коршун Дерево, присел на ветку. Обвёл взглядом пустыню и говорит: — Странное ты, Дерево, и зачем только продолжаешь ты жить среди этих мёртвых горячих песков? Кому это нужно? — Тебе, — ответило Дерево Коршуну. — Мне? — удивился Коршун. — Мне ты не нужно. — Но если бы не я, — говорило Дерево, — тебе бы пришлось сесть на горячий песок, а не на мои ветви. Если бы не я, кто-то, заметив тебя сидящим на горячем песке в одиночестве, сказал бы, что и ты никому не нужен. И спросил бы тебя, зачем ты живёшь. Сидя же на ветвях моих, ты, Коршун, считаешь, что нужен мне. Подумал Коршун, поразмыслил и вынужден был согласиться с Деревом. Ведь если бы не Дерево, ощущал бы себя Коршун среди этой бескрайней пустыни одиноким и никому не нужным.

Дарья: Жила на свете птица вольная. Парила она в небесах, ловила мошек на обед, купалась в струйках летнего дождя в своё удовольствие. В общем, была как все птицы. Но была у неё привычка: каждый раз, когда в её жизни происходило событие, хорошее ли, плохое, птица подбирала с земли камешек на память. И каждый день она перебирала свои камешки, весело смеясь радостным событиям прошлого и плача о грустных. Камешки птица всегда носила с собой, летела ли она в небе, шагала ли по земле, и никогда про них не забывала. Шли годы, и камешков у птицы вольной становилось всё больше, но она всё равно каждый день перебирала их, вспоминая о прошедших днях. Летать птице вольной становилось всё тяжелее, и в один прекрасный день она не смогла подняться в воздух. Вскоре птица, некогда бывшая вольной, даже ходить по земле не могла, не в силах сдвинуть с места свой груз. Не могла она больше ловить мошек; лишь редкий дождик давал уставшей птице необходимую влагу. Но птица мужественно терпела все невзгоды, охраняя свои драгоценные воспоминания. Прошло совсем немного времени, птица погибла от голода и жажды. И долгое время о ней напоминала лишь жалкая кучка никчёмных камешков.

Дарья: Решил однажды старший сын старца сделать доброе дело — починить крышу на общем сарае. Залез он наверх и принялся за работу. Тут подошёл к сараю сосед. — Неправильно, — говорит, — ты крышу чинишь! Надо по-другому… Послушал сын совет соседа и подумал: может, тот прав и так будет лучше. Бросил начатое и принялся мастерить так, как учил сосед. В это время подошёл ещё один. И тоже высказал, как, по его мнению, надо чинить крышу. Когда старец Святозар проходил по дороге мимо сарая, перед строением уже переругивались несколько мужичков. Каждый пытался отстоять своё мнение. — Скажи ты, — обратился к старцу один из спорящих, — рассуди нас: как правильно нужно чинить крышу? Святозар посмотрел на уставшего сына и раскуроченную крышу, которую тот всякий раз пытался чинить, исходя из советов, и спокойно ответил: — В тишине.

Дарья: У старца Святозара женился старший сын. Навестив отца, он с жалостью посмотрел на родителей: — Мы с женой всё время держимся за руки, нежно смотрим друг на друга! Говорим как сильна наша любовь… Как бы я хотел, чтобы вы с мамой так же любили друг друга и испытывали такое же счастье! На что старец ответил: — С каждым годом твоя любовь будет взрослеть и, словно ребёнок, будет учить и другие слова. Например, я говорю жене что люблю, смиренно выслушивая, как она в очередной раз поссорилась с соседкой. А она говорит, что любит, когда помогает мне чинить сети. Ты же знаешь, как маме не нравится это делать.

Дарья: Встречаются два приятеля. Один говорит: — Моя жена такая неопрятная и неаккуратная! Я ей постоянно об этом говорю, но с каждым годом всё становится только хуже и хуже… Второй отвечает: — А моя такая умница и прекрасная хозяйка! И с каждым годом становится всё лучше и лучше! Я ей тоже об этом только и говорю.

Дарья: Когда-то жил очень старый человек. Глаза его ослепли, слух притупился, колени дрожали. Он почти не мог держать в руках ложку и во время еды часто проливал на скатерть суп, а иногда кое-что из пищи выпадало у него изо рта. Сын и его жена с отвращением смотрели на старика и стали во время еды сажать его в угол за печку, а еду подавали ему в старом блюдечке. Оттуда он печально смотрел на стол, и глаза его становились влажными. Однажды руки его так тряслись, что он не смог удержать блюдечко с едой. Оно упало на пол и разбилось. Молодая хозяйка стала ругать старика, но он не сказал ни слова, а только тяжело вздохнул. Тогда ему купили деревянную миску. Теперь он должен был есть из неё. Как-то раз, когда родители сидели за столом, в комнату вошёл их четырёхлетний сын с куском дерева в руках. — Что ты хочешь сделать? — спросил отец. — Деревянную кормушку, — ответил малыш. — Из неё папа с мамой будут кушать, когда я вырасту. Л. Н. Толстой позаимствовал сюжет этой притчи из сказки Братьев Гримм "Старый дед и внучёк".

Jora: Особенно понравилось! притча, где автор Владимир Танцюра

Дарья: Jora рада, что понравилось

Прасковья: Дарья пишет: — Ты кто? — грубо спросил офицер. Шопенгауэр осмотрел полицейского сверху донизу. — Если вы можете помочь мне найти ответ на этот вопрос, — сказал он, — я буду вам вечно благодарен.

Дарья: У дороги стоял нищий и просил подаяния. Всадник, проезжавший мимо, ударил нищего по лицу плетью. Тот, глядя вслед удаляющемуся всаднику, сказал: — Будь счастлив. Крестьянин, видевший происшедшее, услышав эти слова, спросил: — Неужто ты такой смиренный? — Нет, — ответил нищий, — просто если бы всадник был счастлив, он бы не стал бить меня по лицу.

Дарья: Купил человек себе новый дом — большой, красивый — и сад с фруктовыми деревьями возле дома. А рядом в стареньком домике жил завистливый сосед, который постоянно пытался испортить ему настроение: то мусор под ворота подбросит, то ещё какую гадость натворит. Однажды проснулся человек в хорошем настроении, вышел на крыльцо, а там — ведро с помоями. Человек взял ведро, помои вылил, ведро вычистил до блеска, насобирал в него самых больших, спелых и вкусных яблок и пошёл к соседу. Сосед, услышав стук в дверь, злорадно подумал: «Наконец-то я достал его!». Открывает дверь в надежде на скандал, а человек протянул ему ведро с яблоками и сказал: — Кто чем богат, тот тем и делится!

Дарья: Два человека оказались в тюрьме, в одной и той же камере. Убогая обстановка, маленькое окно, забранное решёткой. Словно сговорившись, оба взглянули на окно. Один из них увидел толстые, покрытые грязью прутья решётки. Другой же увидел темнеющее небо и звёзды.

Дарья: Без комментариев, как говорится... Есть ли жизнь после родов В животе беременной женщины разговаривают двое младенцев. Один из них — верующий, другой — неверующий. Спросил как-то неверующий младенец брата: — Ты веришь в жизнь после родов? — Да, конечно. Всем понятно, что жизнь после родов существует. Мы здесь для того, чтобы стать достаточно сильными и готовыми к тому, что нас ждёт потом. — Это глупость! Никакой жизни после родов быть не может! Ты можешь себе представить, как такая жизнь могла бы выглядеть? — возразил неверующий. Верующий в ответ: — Я не знаю всех деталей, но я верю, что там будет больше света и что мы, может быть, будем сами ходить и есть своим ртом. — Какая ерунда! — воскликнул неверующий. — Невозможно же самим ходить и есть ртом! Это вообще смешно! У нас есть пуповина, которая нас питает. Знаешь, я хочу сказать тебе: невозможно, чтобы существовала жизнь после родов, потому что наша жизнь — пуповина — и так уже слишком коротка. — А я уверен, что это возможно. Всё будет просто немного по-другому. Это можно себе представить. Снова возразил неверующий: — Но ведь оттуда ещё никто никогда не возвращался! Жизнь просто заканчивается родами. И вообще, жизнь — это одно большое страдание в темноте. — Нет, нет! Я точно не знаю, как будет выглядеть наша жизнь после родов, но в любом случае, мы увидим маму, и она позаботится о нас. — Маму? Ты веришь в маму? И где же она находится? — Она везде вокруг нас, мы в ней пребываем и благодаря ей движемся и живём, без неё мы просто не можем существовать. — Полная ерунда! Я не видел никакой мамы, и поэтому очевидно, что её просто нет, — воскликнул неверующий младенец. — Не могу с тобой согласиться. Ведь иногда, когда всё вокруг затихает, можно услышать, как она поёт, и почувствовать, как она гладит наш мир. Я твёрдо верю, что наша настоящая жизнь начнётся только после родов.

Дарья: В одном городе умер нищий. Этот нищий стал своего рода достопримечательностью города, так как сорок лет простоял на одном месте, прося милостыню. В память о его постоянстве, горожане решили похоронить его на том месте, где он стоял. Когда стали рыть могилу, то вдруг обнаружили клад. Это стало сенсацией. Горожане увидели в этом событии иронию судьбы. — Стоило нищему копнуть у себя под ногами, и он мог бы стать самым богатым человеком в городе, — говорили люди.

Дарья: Крестьянин со своей семьёй жил в ветхом доме под плоской земляной кровлей. Со временем в кровле стали появляться щели. Крестьянин каждый раз замазывал эти щели глиной. Однажды он вернулся с поля домой и увидел, что кровля рухнула, а дети получили ушибы. Крестьянин рассердился: — Ах ты, злосчастная кровля, неужели не могла предупредить меня, что должна рухнуть? — Сколько раз я раскрывала рот, — ответила кровля, чтобы сказать тебе об этом, но ты каждый раз замазывал его глиной. Ты не захотел выслушать меня, кто же виноват?

Агния: Дарья пишет: — Сколько раз я раскрывала рот, — ответила кровля, чтобы сказать тебе об этом, но ты каждый раз замазывал его глиной. Ты не захотел выслушать меня, кто же виноват? Дарьюшка

Nikodim: Агния пишет: Вспомнил он совет бабушки и пошёл в храм. И тут к нему подходит кто-то: «Не так руки держишь!» Вторая подбегает: «Не там стоишь!» Третья ворчит: «Не так одет!» Сзади одёргивают: «Неправильно крестишься!» А тут подошла одна женщина и говорит ему: — Вы бы вышли из храма, купили себе книжку о том, как себя здесь вести надо, потом бы и заходили. Это даже не притча, а, к большому сожалению, реалии нашей жизни, которым многие, были свидетелями...

Агния: Nikodim пишет: Это даже не притча, а, к большому сожалению, реалии нашей жизни, которым многие, были свидетелями... *** Наша трёхлетняя дочь никак не понимает, почему некоторые тёти и дяди не понимают, что мусорить на Земле нельзя. - Земелька плачет, кричит им: "Не мусорьте на мне..." – почему они не понимают? - рассуждает наша малышка, проходя мимо очередной свалки. А я не знаю, что ей ответить. Наша шестилетняя дочь уже понимает, что мы не покупаем лимонады, чипсы, конфетки не только потому, что они вредны для нашего организма, но и потому, что упаковка от них загрязняет нашу Землю, независимо от того, куда мы её выбросим: в мусоропровод или в уличный бак – в итоге она всё равно будет лежать на Земле и отравлять её. Дальше Земли ведь не выкинешь. Раньше наши сознательные дочери, выходя на детскую площадку, прежде чем резвиться, начинали собирать на ней мусор. Но вскоре они поняли, что это дело бесполезное. Две маленькие девочки, конечно, могут собрать мусор на детской площадке за один день, но не тогда, когда каждый день на каждой лавочке сидят по трое взрослых дядь с пивом, чипсами и сигаретами. У меня сердце щемило, когда мои дочери с радостью – ведь они очищают землю - собирали окурки из-под одной лавочки, в то время как на другой лавочке сидели молодые мамы с коляской в одной руке и сигаретой в другой. Хотелось плакать, когда дети в очередной раз спрашивали: «Мама, почему они не понимают, что так делать нельзя?» Думала я, думала, и наконец, придумала. «Давайте, попробуем объяснить им вместе!» - предложила я. «А как?» - удивлённые детские глаза. «А мы плакат красивый нарисуем, слова добрые напишем, может, хоть некоторые поймут!» В то время мы жили у бабушки с дедушкой в Крыму, и наши доченьки каждый день, уходя с пляжа, захватывали с собой пакет с собранным мусором, чтобы утром прийти на чистый пляж и обрадоваться. Но почему-то мусора утром бывало ещё больше – как ни странно, те самые тёти и дяди любят почему-то выбирать для своего «отдыха» чистые места. Мы взяли рулон старых обоев и принялись за дело. Дружная работа кипела целую неделю. «А они точно поймут, мама?» - спрашивали, уже потерявшие надежду дети. «Даже если поймёт хотя бы ОДИН – значит наш труд не напрасен. А один-то уж точно поймёт – по теории вероятности» - ответила я. Дети мне поверили и с ещё большим энтузиазмом взялись за дело! В изготовлении плаката приняли участие все – и папа, и мама, и дети, и даже соседская девочка-школьница. Он получился красивым и добрым. В центре нарисованы милые, счастливые малыши, держащие в своих ручках нашу зелёно-голубую красавицу Землю, а над ними подпись: «КАЖДЫЙ ИЗ НАС В ОТВЕТЕ – КАКУЮ ЗЕМЛЮ ОСТАВИТ ОН ДЕТЯМ!» Вокруг младшая дочь нарисовала цветы. Далее было написано: «Мы все хотим загорать на чистом пляже и купаться в чистом море!» Под этой подписью старшая дочь нарисовала два рисунка: на одном чистое море и чистый пляж, на другом – грязное море и грязный пляж. На первом рисунке солнышко, облака, рыбы, дельфины, само море – все улыбаются. На втором – все грустят и плачут. Под рисунком вопрос: «Какой берег оставляешь ТЫ?» Рисунки о Природе. Вот и весь плакат. Маленькие авторы оставили на нём автографы – свои ладошки с подписями внутри. В крохотной ладошке было написано: «Ей 2 года. Она мечтает жить на прекрасной, зелёной планете!» В ладошке побольше: «Ей 5 лет. Её хобби – забота о Вселенной» Нам так полюбилось наше совместное творение! И мы решили. Плакат о природе сделать как можно прочнее, чтобы максимально продлить его жизнь – ведь тогда его смогут увидеть больше людей. Мы его наклеили на прочную основу, намазали клеем "ПВА", просушили и сверху покрыли двойным слоем лака. Теперь ему не страшны ни дождь, ни ветер! Папа помог просверлить отверстия для крепления, отнёс наш плакат к морю, и мы все вместе закрепили его возле входа на пляж. В этот день наши дети с гордостью рассказывали всем, проходящим мимо, что это они нарисовали этот плакат. А на вопрос: «Кем работает твой папа?», старшая дочь до сих пор иногда отвечает: «Спасателем Вселенной!» Правда, плакат провисел совсем недолго, неделю. Его сломали. Нет, не ветер и не дождь – люди. Те, которые так и не поняли. Сначала его порвали, потом сломали, потом на остатках приклеили рекламу. Я с улыбкой на лице сдерживала детские слёзы: ведь мы учим их позитивному отношению к жизни, вместе с ними учимся сами. Мы объяснили девочкам, что наш плакат уже поработал, он сделал своё доброе дело, а мы сделали своё. Один человек уж точно понял, что нашу Землю надо беречь. «Уверен, что не один», - твёрдо сказал папа. Ещё долгое время, проходя мимо обломков плаката, наши дети с грустью подходили к нему и говорили: «Как жаль! Такой был красивый!» «Мы нарисуем ещё один. Ещё красивее. А когда его сломают, нарисуем другой. И будем рисовать до тех пор, пока все-все люди на Земле не поймут. А они обязательно поймут, они ведь добрые и любят Землю, просто забыли об этом», - подбадривала и детей, и саму себя я. И плакат вскоре нарисовали. И даже не один, и даже не мы. А другие взрослые и дети. «Храните чудо из чудес: леса, озёра, синь небес!» - было красиво выгравировано на металлическом листе. Другой плакат был нарисован детской рукой и приклеен рядом с нашим обломанным. На нём был нарисован плывущий по морю кораблик и не совсем ровно написано: «Не мусорьте!» А третий был нарисован ребёнком прямо на обрывках нашего – на нём лошадка скакала по зелёному лугу. Мусора на пляже стало чуточку меньше. Не все ещё поняли. Но, по-моему, детский язык этим людям, которые мусорят, понятней. И, слава Богу, что их сердца ещё помнят о чутком и бережном отношении к детям. А на наших с вами детей выпала непростая миссия – своим поведением, своим образом жизни напомнить этим забывшим людям о чутком и бережном отношении к Земле – ведь это наш общий Живой Дом. Наша с Вами святая обязанность, дорогие родители, сохранить этот дом чистым и красивым для потомков. На сегодняшний день ситуация сложилась так, что нашим детям придётся ещё долго разгребать мусор, оставленный их потерявшими память родителями. Монстр под названием ТБО – твёрдые бытовые отходы – растёт с каждым днём и превращает нашу голубую Планету в помойку. С этим надо что-то делать!!! Мы со своими детками сделали маленький первый шаг на этом важном пути к первозданно чистой и прекрасной Вселенной. Спасатели, вперёд! Вместе мы очистим нашу Землю быстрее и превратим её в цветущий райский сад!

Притча: Некий батюшка все никак не мог унять нескольких неофитов в своем приходе. Им слово – они в ответ десять, да все из святоотеческого писания, и даже чуть свысока на простеца-священника поглядывая, не понимая, что даже азов веры еще не постигли. В какой-то момент им показалось, что они совсем его одолели, но тут отче достал большую стеклянную банку и, наполнив ее камнями, спросил у неофитов: – Полна ли банка? – Да, полна, – услышал он уверенный ответ. Тогда высыпал в нее немалое число гороха и потряс. Естественно, горошек занял свободное место между камнями. И еще раз спросил священник неофитов: – Полна ли банка? – Полна, – хором отвечали они, впрочем, уже с меньшим апломбом, чем прежде, чувствуя каверзу, которая не заставила себя ждать. Священник высыпал в банку целый куль песка, уточняя: – А теперь? – Полна... – раздался уже один-единственный неуверенный голос. А батюшка уже лил в банку один за другим стаканы воды, приговаривая: – Камни – это то, что вы прочли о вере, горошек – ваши дела, песок – опыт, вода – благодать Божия. Чем раньше вы решите, что «все познахом», тем меньше у вас надежды по-настоящему наполниться.

Jora: Притча пишет: но тут отче достал большую стеклянную банку Типичная неофитская ошибка "Отче" - звательный падеж. Например, "отче, достань банку", "отче, благослови" и пр.

Агния: Притча пишет: Некий батюшка все никак не мог унять нескольких неофитов в своем приходе Насмешили :) . А притча хороша.

Нарьян-Мар: Притча пишет: Некий батюшка все никак не мог унять нескольких неофитов в своем приходе. Это возможно только в том случае если рекрут - ловец человеков не сам батюшка. Т.е. когда они каким-то образом появились в том же месте где и он(батюшка), то он там уже был.

Агния: Мудрец и ученик сидят у ворот своего города. Подходит путник и спрашивает: "Что за люди живут в этом городе?" "А кто живет там, откуда ты пришел?" - спрашивает мудрец. "Ох, мерзавцы и воры, злобные и развращенные." "Здесь то же самое", - ответил мудрец. Через некоторое время подошел другой путник и тоже спросил, что за народ в этом городе. "А кто живет там, откуда ты пришел?" - спросил мудрец. "Прекрасные люди, добрые и отзывчивые", - ответил путник. "Здесь ты найдешь таких же", - сказал мудрец. "Почему ты одному сказал, что здесь живут негодяи, а другому - что здесь живут хорошие люди?" - спросил мудреца ученик. "Везде есть и хорошие люди, и плохие", - ответил ему мудрец. - "Просто каждый находит только то, что умеет искать"...

Nikodim: Агния, спаси Христос!

Агния: Хорошо или плохо? Очень грустная притча. Один мужчина встретил в лесу дикую лошадь и забрал её себе. - Ого-го! - сказали соседи, так вот взял и обзавёлся лошадью повезло тебе! - Не знаю, повезло мне или нет... - ответил он Его сын стал объезжать эту лошадь, она была своенравна, и сбросила его. Он сломал обе ноги. - Ах! Какое несчастье! - восклицали соседи - как плохо! - Я не знаю хорошо это или плохо - отвечал мужчина. Вскоре началась война и всех пригодных юношей забирали в армию. Соседские сыновья тоже отправились на войну и погибли. - Хорошо тебе, - говорили оставшиеся без детей люди - твой сын остался жив. - Я не знаю, хорошо это или плохо - по прежнему отвечал мужчина...

Агния: Дарья пишет: Есть ли жизнь после родов Песня - притча от Светланы Копыловой

Агния: Притча о хромце и слепце. Кто прочитает текст , тот молодец! http://old-ru.ru/03-14.html

Михайло: Рыбак и джин. Однажды один рыбак выловил в море медный сосуд, запечатанный свинцовой печатью. Это был какой-то странный кувшин — необычной формы, и рыбак почему-то решил, что в нём спрятаны бесценные сокровища. К тому же ему не везло в этот день с уловом, а кувшин, даже не окажись в нём сокровищ, можно было продать меднику. На пробке этого небольшого сосуда был начертан символ, неизвестный рыбаку, — печать Соломона, царя и мастера. А внутри него томился грозный и могущественный джинн. Сам Соломон заключил его в медную темницу и бросил на дно моря, дабы избавить людей от его козней. Этот мятежный гений должен был пребывать в заключении до тех пор, пока не появится человек, который сумеет покорить его и возвратить на путь служения человечеству. Рыбак, конечно, ничего этого не знал. В его руках находился предмет, который он собирался исследовать и который мог оказаться ему полезным. Покрытый изумительно тонким узором, кувшин сверкал и переливался на солнце. «Конечно, в нём таятся редчайшие драгоценности», — заранее радовался рыбак. Забыв изречение: «Человек может пользоваться только тем, чем он умеет пользоваться», рыбак вытащил пробку и, торопясь увидеть содержимое сосуда, опрокинул его вверх дном и встряхнул. В кувшине не было ничего. Он поставил его перед собой на землю и тут вдруг заметил, что из горлышка выползает тонкая струйка дыма. Вот она стала завиваться, расти и, спустя мгновение, страшным чёрным столбом взметнулась к небу и превратилась в огромное и ужасное существо, которое гулким громоподобным голосом заревело: —Я — повелитель джиннов, обладатель чудесных сил. Я восстал против Соломона и по его приказу был заточен в этот сосуд. А теперь я уничтожу тебя. Рыбак в ужасе повалился на колени. —Неужели ты убьёшь своего избавителя?! — воскликнул он. —Сейчас ты в этом убедишься, — прогремел джинн. — Я — порождение злого начала, и хотя я несколько тысячелетий томился в этой темнице, моя сущность духа-разрушителя ничуть не изменилась. Только теперь человек понял, как жестоко он ошибся, понадеявшись извлечь выгоду из неожиданного улова и при этом даже не подумав о том, что за неосторожность можно поплатиться жизнью. Он уж было совсем приготовился к смерти, но внезапно его взгляд упал на Соломонову печать на пробке, и его осенило. —Ты никак не мог выйти из этого кувшина, — сказал он джинну, — разве ты можешь поместиться в нём? —Как? — взревело чудовище, — ты не веришь мне, повелителю джиннов?! С этими словами дух снова превратился в тоненькую струйку дыма и исчез в сосуде. Быстро схватив пробку, рыбак крепко-накрепко запечатал отверстие и забросил кувшин в море. Прошло много лет, и вот однажды другой рыбак, внук первого, закинул свой невод в этом же месте и вытащил тот же самый сосуд. Он поставил кувшин на песок и уже собирался его откупорить, но остановился в нерешительности, потому что вспомнил совет, который получил от своего отца, а тот от своего, и совет этот гласил: «Человек может использовать только то, что знает, как использовать». Между тем дух, разбуженный толчками, подал голос из своей медной тюрьмы: —Сын Адама, кто бы ты ни был, распечатай кувшин и освободи меня, я — повелитель джиннов, обладатель чудесных сил. Помня завещанный ему совет, юноша осторожно отнёс кувшин в пещеру, а сам отправился на вершину горы к мудрецу. Он обо всём рассказал мудрому человеку и спросил, как ему поступить. Мудрец ответил: —Отец дал тебе правильное наставление, и ты сам должен убедиться в его правильности, но прежде тебе необходимо знать, как за это взяться. —Так что же мне делать? — спросил юноша. —Ты, вероятно, уже знаешь, что бы тебе хотелось сделать? —Единственное, чего я хочу, — это освободить джинна и получить от него волшебное знание или много золота и изумрудов, — словом, всё, что может дать джинн. —А подумал ли ты, что джинн, оказавшись на свободе, может не дать тебе всего этого или дать, а потом отнять, ведь у тебя нет средств сохранить его дары, не говоря уже о том, что ты не знаешь, какие опасности подстерегают тебя, когда ты станешь владельцем несметных богатств, ибо «человек может использовать только то, что он знает, как использовать». —В таком случае, что вы мне посоветуете? —Придумай, как заставить джинна проявить свои силы. Испытай его могущество, но прежде найди способ обезопасить себя. Ищи знание, а не богатство, потому что богатство без знания бесполезно, и в нём причина всех наших несчастий. Итак, молодой человек отправился обратно к пещере, где он оставил кувшин, по дороге размышляя над словами мудреца. И поскольку юноша был сообразительным, он быстро разработал собственный план. Подняв кувшин, он встряхнул его, и в то же мгновение раздался ужасающий, хотя и приглушенный металлом голос джинна. —Во имя Соломона могущественного, мир да будет над ним, освободи меня, сын Адама! —Я не верю, что ты тот, за кого себя выдаёшь. Может ли быть, чтобы ты был обладателем столь великого могущества, на которое притязаешь? —Ты не веришь мне?! Разве ты не знаешь, что я не умею лгать? —Я этого не знаю. —Но как же мне убедить тебя? —Можешь ли ты проявить свои силы сквозь стенки сосуда? —Могу, но с помощью этих сил мне не выбраться на волю. —Вот и прекрасно. Тогда сделай так, чтобы я узнал истину о том, о чем я сейчас думаю. В тот же миг рыбак узнал, откуда произошло изречение, которое он получил по наследству от деда. Он словно бы перенёсся в прошлое и увидел всё, что произошло между его дедом и джинном, а также осознал, как передать другим людям способ, которым они могли бы получить от джинна такое же знание. Ещё он понял, что ничего больше он получить от джинна не сможет. И тогда он поступил так же, как его дед, — отнёс кувшин с джинном к морю и забросил его подальше. С тех пор рыбак не возвращался больше к своему прежнему ремеслу и всю свою жизнь разъяснял людям опасность попыток пользоваться тем, чем человек пользоваться не умеет. Но так как немногим людям попадаются кувшины с джиннами, его последователи, не зная ни одного мудреца, который мог бы предостеречь их в подобных случаях, извратили то, что они называли его «учением», и без конца повторяли историю своего основателя. Спустя какое-то время память о нём превратилась в религию, и последователи рыбака стали выставлять в богатых храмах, выстроенных специально для этой цели, самые обыкновенные медные сосуды. Глубоко почитая рыбака, они старались во всём ему подражать. Кувшин и сейчас, спустя много столетий, по-прежнему остаётся для этих людей святым символом и сокровенной тайной. Они пытаются любить друг друга, потому что любят древнего рыбака. И они собираются по определённым дням, и облачаются в прекрасные одежды, и совершают тщательно разработанный ритуал в месте, где он некогда обосновался и устроил своё скромное жилище. К святому месту толпами стекаются ревностные почитатели. Неизвестные им ученики того же мудреца живы по сей день; живы и истинные последователи рыбака. А на дне моря лежит медный кувшин со спящим джинном.

Николай: Помогите найти текст Притчи святого Варлаама о временном сем веце

Агния: Притчи хороши , а былички и бывальщины еще лучше. Расскажу парочку для начала. КАСЬЯН И НИКОЛА Раз в осеннюю пору увяз у мужика воз на дороге. Знамо, какие у нас дороги, а тут еще случилось осенью – так и говорить нечего! Мимо идет Касьян-угодник. Мужик не узнал его и давай просить: - Помоги, родимый, воз вытащить! – - Поди ты! – сказал ему Касьян-угодник,- есть мне когда с вами валандаться! Да и пошел своею дорогою. Немного спустя идет тут же Никола-угодник. - Батюшка,- завопил опять мужик,- батюшка! помоги воз вытащить. Никола-угодник и помог ему. Вот пришли Касьян-угодник и Никола-угодник к Богу в рай. - Где ты был, Касьян-угодник? – спросил Бог. - Я был на земле,- отвечал тот. -Прилучилось мне идти мимо мужика, у которого воз завяз, он просил меня: помоги, говорит, воз вытащить, да я не стал марать райского платья. - Ну, а ты где так выпачкался? – спросил Бог у Николы-угодника. - Я был на земле, шел по той же дороге и помог мужику вытащить воз,- отвечал Никола-угодник. - Слушай, Касьян! – сказал тогда Бог, – не помог ты мужику – за то будут тебе через три года служить молебны. А тебе, Никола-угодник, за то, что помог ты мужику воз вытащить – будут служить молебны два раза в год. С тех пор так и сделалось: Касьяну в високосный только год служат молебны, а Николе два раза в год. Никола - Милостивый –а куда Касьян глянет – там все вянет. Поэтому високосный год в России считается самым несчастливым.

Николай: И еще бы вот притчу почитать Но незнаю точно как она называется "О Святом Андрее како виде богатого оумерша" ? ..как то так...

Агния: "ПОКОЙНИЦА" Это мне один студент из политехнического рассказывал. Поехали они, значит, в каникулы со стройотрядом в одно село коровник строить, чтобы денег подзаработать. Вот приехали, устроились где-то жить, в старом клубе вроде бы. А там по соседству какая-то тетка жила, вроде как ведьма. Вот один раз идет один студент, а она навстречу, ну он отвернулся и не поздоровался с ней. А ей это за обиду показалось: в деревне все друг с другом всегда здороваются, а эти-то не знали деревенских порядков. А она так посмотрела на него скоса и говорит: «Ну, ты меня вспомнишь, как не здороваться!» Тут как-то вечером его товарищ пошел на танцплощадку в деревне, а он устал, что ли, после работы или просто не захотел идти, спать лег. И вот на другой день утром его товарищ говорит ему: «Зря, – мол,- ты не пошел со мной, там такая девушка красивая была, ну просто красавица писаная». И показывает ему фотографию. Парню очень эта девушка понравилась: надо же, какая красавица, зря я не пошел, познакомился бы с ней. И потихоньку забрал у того фотографию и к себе в карман пиджака положил. И вот вечером он побрился, нарядился, пошел, значит, на танцы, а сам все эту девушку выглядывает. Смотрит – она, ни с кем не танцует, а сама в его сторону поглядывает. Он пригласил ее, и весь вечер только с ней танцевал, ни на одну девчонку больше и не посмотрел. Ну ладно, пора по домам, он говорит: «Можно, я вас до дому провожу?» – «Ну проводи, если хочешь». Вот пошел он ее провожать, а он деревню-то не очень хорошо знает, куда она его ведет. Вот шли они, шли через всю деревню, а там, в конце, еще другая большая деревня, улицы, дома. Она завела его в оградку, а там столик стоит, скамеечка. Они сидят, разговаривают, как полагается. Ну, он это пить захотел, и просит, чтобы к ней в гости зайти и чайку или хоть воды попить. А она ему говорит: «Нет, тебе ко мне в дом заходить не положено, я сама тебе сейчас воды принесу». Ну, ушла, значит, за водой, а он сидит, ждет ее. Тихо, темно, в доме свету нет никакого. И слышит – где-то далеко в деревне петухи запели. И тут он огляделся и видит – сидит он на кладбище в ограде у могилки за столиком, а на памятнике – ее фотография. Ну, парень от страху дал деру! Так бежал – думал, сердце из пяток выскочит. Вот как бывает-то. А это ведьма все ему подстроила, чтоб в покойницу влюбился. Вот ведь как бывает-то. И не то еще бывает. Не знаю почему, но мы в детстве такие истории постоянно рассказывали и на полном серьезе слушали .Страшно и смешно.:)

Михайло: В таком виде пойдет? Иоасафь рече: «<...> Хотяхъ путь обрести хранити истинно и повѣлѣниа Божиа и не уклонитися от нихъ...» Варлам же глагола: «...Связанѣ житейскыми вещьми и своих прилежа печалий и мятежа и въ пищи живя... подобнѣ суть мужю, бѣгающю от лица бѣсующюмуся инорогу, яко не терпящу гласа въпля его и рютиа его страшнаго, нъ крѣпко отбѣгь, да не будеть ему ядь. Текущю же ему борзо, в великъ ровъ въпаде. Впадающю же ему, руцѣ простеръ, за древо твердо ятъся, держащю же ся ему крѣпко, яко на степенѣ нозѣ утвердивъ, мняше миръ уже есть и твердынѣ. Възрѣвъ же убо, видѣ двѣ мышѣ, едину белу, а другую черну, ядуща беспрестанѣ корень древа, идѣже бѣ держася, и елма же приближающися да погрызета древо. Възревъ въ глубину рва и змѣя види страшна образомь и огнемъ дышюща и горко взирающа, усты же страшно зѣвающа и пожрети его хотяща. Възрѣвъ же абие на степень онъ, идеже нозѣ его утверженѣ бѣста, четыре главы види аспидовы, из стены исходяща, идеже бѣ утвердился. Възрѣвъ очима, видѣ из вѣтвий древа того мало медъ. Оставивъ убо расмотряти одержащиихъ его напастей, яко внѣуду бо инорогъ злѣ бѣсуяся искаше его на ядь, долѣ же злый змий зѣяя да пожреть его, древо же, о немьже ятся, уже пастися хотяше, нозѣ же на колзание и нетвердо степенѣ утверженѣ, толикы убо и таковыихъ злыхъ забывъ, потща себе на сладость горкаго оного меду. Се подобие въ прелести сущимъ сего жития створившемъ. Сию истину изглаголю ти мира сего прелщающихся, егоже сказание ныне реку ти. Ибо инорогъ образъ есть смерти гоняй выину и яти послѣдьствуеть Адамля рода. Ровъ же весь миръ есть, исполнь сы всѣхъ злыхъ и смертоносныхъ сѣтей. Древо же, от двою мышу беспрестанѣ грызаемо, ихже створихомъ путь есть, яко жившю комуждо ядомыи гибляяи час радѣ дневныхъ и нощныхъ и усѣкновение коренное приближается. Четырѣ же аспиды еже о прегрѣшеных и безмѣстныхъ стухый[7] и съставлено человечьское тѣло съставляется, имиже бещиньствующемь и мятущемься телесный раздрушается съставъ. К симъже огненый онъ и немилостивый змий страшное изобразуеть адово чрево, зѣвающю приати же сущихъ красотъ паче будущихъ блахъ изволѣша. Медвеная же капля сладость пробовляеть всего мира сладкыхъ, имже онъ прелща злѣ своя другы и оставляеть я прилежания творити о спасении своемь <...> Перевод: И сказал Иоасаф: «<...> Я желал бы обрести путь, чтобы хранить в чистоте заповеди Божии и не уклоняться от них...» Варлаам же отвечал: «...Те, что связаны житейскими делами, и заняты своими заботами и волнениями, и живут в наслаждениях... подобны человеку, убегающему от разъяренного единорога: не в силах вынести звука рева его и рычания его страшного, человек быстро мчался, чтобы не быть съеденным. А так как он бежал быстро, то упал в глубокий ров. Падая, простер он руки и ухватился за дерево, и, крепко держась, уперевшись ногами на выступ, считал он себя уже в покое и безопасности. Взглянув вниз, увидел он двух мышей, одну белую, а другую черную, грызущих непрерывно корень дерева, за которое он держался, и уже почти сгрызших корень до конца. Взглянув в глубину рва, увидел он дракона, страшного видом и дышащего огнем, свирепо глядящего, страшно разевающего пасть и готового проглотить его. Посмотрев же на выступ, в который уперся ногами, увидел он четыре змеиных головы, выходящих из стены, о которую он опирался. Подняв глаза, увидел человек, что из ветвей дерева понемногу капает мед. Забыв и думать об окружающих его опасностях: о том, что снаружи единорог, свирепо беснуясь, стремится растерзать его; внизу злой дракон с разинутой пастью готов проглотить его; дерево, за которое он держится, готово упасть, а ноги стоят на скользком и непрочном основании, — забыв об этих столь великих напастях, предался он наслаждению этим горьким медом. Это подобие тех людей, которые поддались обману земной жизни. Эту истину о прелыцающихся этим миром изложу тебе, смысл этого подобия сейчас расскажу тебе. Ибо единорог — это образ смерти, вечно преследующей род Адама и наконец пожирающей его. Ров же — это весь мир, полный всяких злых и смертоносных сетей. Дерево, непрерывно подгрызаемое двумя мышами, — это путь, который совершаем, ибо пока каждый живет, поглощается и гибнет сменой часов дня и ночи, и усекновение корня приближается. Четыре же змеиных головы — это ничтожные и непрочные стихии, из которых составлено человеческое тело; если они приходят в беспорядок и расстройство, то разрушается телесный состав. А огнедышащий и беспощадный дракон изображает страшное адово чрево, готовое пожрать тех, кто предпочитает наслаждения сегодняшней жизни благам будущей. Капля меда изображает сладость удовольствий этого мира, которыми он зло прельщает любящих его, и они перестают заботиться о спасении своем <...>

Михайло: Никола пишет: "О Святом Андрее како виде богатого оумерша" ? ..как то так... http://sobornik.ru/text/prolog/prolog09-11/page/prolog10-15.htm

Николай: Спаси Бог! О Святом Андрее не понял особо то .

Михайло: Никола пишет: О Святом Андрее не понял особо-то. Если кратко, то примерно так: Святой Андрей шел и увидел, что несут покойника, за которым идет много народа со свечами и кадильницами. Умерший был очень богатый и знатный человек. Духовными очами св. Андрей также увидел множество бесов, которые которые шли за гробом, лаяли, смеялись, посыпали пеплом окружающих, лили смрадные жидкости на покойника. Кроме того он увидел князя-демона, приближающегося с огнем, смолой и серой, чтобы сжечь покойника. В самом конце шел ангел в виде красивого юноши и горько плакал. На вопрос святого почему он так плачет, ангел сказал, что покойник вел очень греховную жизнь и не покаялся перед смертию, а он как ангел- хранитель не смог его уберечь, и теперь богач отдан демонам. Окружающие люди, не видя ангела и демонов, смеялись над св. Андреем, говорившим со стеной, принимая его за бесноватого. Святой, промолчав, отходит в сокровенное место и плачет о погибели богатого. По его молитве сошедший ангел отгоняет бесов медной палицей.

Агния: А есть еще сказка братьев Гримм "Еврей в терновнике". Хотите верьте, хотите - нет. http://inikita.ru/skazki/grimm/113.html

Guest: Однажды Бог, доверил своему служителю работу. Он показал ему огромный камень перед его домом и сказал, что заданием человека будет толкать этот камень изо всех сил. И человек делал это день за днём, день за днём. От восхода солнца до захода, в течении многих лет. Его плечи непосредственно прикасались к этому холодному камню, который не трогался с места, когда человек толкал его в течении многих лет. Каждый день человек возвращался домой уставшим, изнеможенным, с чувством, как будто день прошёл впустую. Сатана заметил, что человек этот проявляет подавленность, и решил внести свою лепту. Он посеял в уме человека отрицательные мысли; «Ты уже так давно толкаешь этот камень, а он вообще не тронулся с места. Зачем ты так себя убиваешь? Ты никогда не сдвинешь его с места». Таким образом, он внушил человеку, что его задача невыполнимая и что он неудачник. Эти мысли отбили у человека желание продолжать порученную ему Богом работу. «Зачем так утруждаться, - думал человек, - я работал на износ, а результата не видно, лучше не буду перетруждаться, буду толкать потихоньку». И так человек планировал делать, но однажды решил помолиться и рассказать Всевышнему о своих переживаниях. Он сказал: «Бог мой, я долго и усердно служил тебе, я вкладывал все свои усилия, чтобы выполнять задание, которое ты мне дал. До сих пор, хотя прошло столько времени, я не сдвинул этот камень даже на половину миллиметра. Что я делаю не так? Почему у меня не получается?» Тогда ему Бог ответил с пониманием и сочувствием: «Чадо. Когда я просил тебя, чтобы ты мне служил, ты согласился. Я сказал, чтобы ты толкал камень изо всех сил – и ты это делал. Я никогда не говорил, что ожидаю от тебя того, чтобы ты сдвинул его с места. А ты сейчас приходишь ко мне обессиленным, думая, что ты подвёл меня. Но действительно ли это так? Посмотри на себя. Твои плечи стали сильными и натренированными, твой торс и руки стали крепче, а твои ноги стали более выносливыми и мускулистыми. Благодаря постоянным усилиям ты стал сильнее, и твои возможности сегодня, намного превосходят те, которые у тебя были до того, как ты начал работу. Да, ты действительно не тронул этот камень с места, но в главном я ожидал от тебя послушания, веру и упования на меня. И ты это делал. И Я сейчас сдвину этот камень с места».

Nikodim: ПРИТЧА ПРО ЛОЖЬ Закончив службу, священник объявил: — В следующее воскресенье я буду беседовать с вами на тему лжи. Чтобы вам было легче понять, о чём пойдет речь, прочитайте перед этим дома семнадцатую главу Евангелия от Марка. В следующее воскресение священник перед началом своей проповеди объявил: — Прошу тех, кто прочитал семнадцатую главу, поднять руки. Почти все присутствующие подняли руки. — Вот именно с вами я и хотел поговорить о лжи, — сказал священник. — У Марка нет семнадцатой главы.

Агния: Правду с Ложью не найдёшь Услышал человек, что есть на свете Правда. Пошёл её искать. Видит — идёт ему навстречу Ложь. — Куда, человек, путь держишь? — спрашивает. — Иду Правду искать. — Вот хорошо, — говорит Ложь. — Я тоже хочу хоть раз её увидеть, а то никогда не встречала. Пойдём вместе! Пришли они в один город, спрашивают: — Правда здесь есть? — Была, да ушла только что. Куда — не знаем. Пошли человек и Ложь дальше. Пришли в другой город, снова спрашивают: — Была здесь Правда? — Была, была, — отвечают. — Где-то здесь неподалёку ходит. А кто это с тобой? — спрашивают. — Это — Ложь, — отвечает человек. — Да кто же может Правду вместе с Ложью найти? — удивляются люди, — Ты Ложь-то прогони. — И то верно, — говорит человек. Прогнал он от себя Ложь, смотрит, а к нему уже Правда сама навстречу идёт. — Здравствуй, — говорит, — добрый человек. Вот чудеса-то! «…Веруйте в свет, да будете сынами света» (Ин. 13:36).

Агния:

Агния: Правда и ложь И вот пришёл человек к Лукавому и спросил: «Что есть правда и что есть ложь?» И повернулся к нему Лукавый и приблизился и блеснули глаза его. И увидел человек отражение своё в глазах Лукавого: в одном большое, в другом маленькое. В одном близко увидёл себя, а в другом далеко, в одном сидящим, а в другом стоящим, высоким и низким, в одежде и обнажённым, на солнце и в тени, смеющимся и плачущим, рождающимся и умирающим, живым и мёртвым, существующим и не существующим, ангелом и бесом. И зашатался человек и отвернулся, не в силах видеть себя так, и пеленой покрылся мир перед ним. Но вот отдышался человек и сказал: «Зачем играешь ты со мной, мучаешь?» И улыбнулся и отвёл свой взгляд Лукавый и сказал: «О правде ты говоришь, человек, но что есть правда твоя?» И сказал человек: «Всегда я стараюсь говорить правду о себе и о других, и если кто другой лжёт, того обличаю. И если скажу я неправду — пусть отсохнет язык мой. Ложь же это когда кто-то говорит неправду намеренно, зная, что это неправда». И снова улыбнулся Лукавый и сказал: — Да, правда твоя, человек, проста как лист бумаги. На одной его стороне написано слово «правда» и на другой — слово «ложь», и всё, что не может находиться на одной стороне, должно находится на другой. И считаешь ты, что есть правда абсолютная, правда конечная и совершенная. И считаешь ты, что можешь знать эту правду, конечную и совершенную. И улыбнулся тут Лукавый, а человек задрожал. И вот сказал Лукавый: — Настоящая же правда вот в чём: правда есть не одна, их много. И есть такая правда, которую ты можешь постигнуть и есть такая которую, не можешь. И даже та правда, которую ты можешь постигнуть, вовсе не похожа она на лист бумаги, а похожа на пирамиду со многими уровнями. И говорил я тебе, что всё относительно, что и плохое и хорошее не существуют сами по себе, а только по отношению к цели, что есть у тебя. Так и говорю я, что и правда и ложь также относительны, и нет абсолютной правды и абсолютной лжи, а есть только больше правды и меньше правды. И чем ближе к вершине такой пирамиды, тем больше правды и чем дальше от неё — тем меньше правды. И то, что дальше от вершины — то ложь по отношению к тому, что ближе. И не можешь ты понять, человек, что даже то, что кажется тебе противоположным друг другу и противоречивым, может быть в тоже время истинным и непротиворечивым, если посмотришь ты сверху. Вот представь, что говоришь ты с другом своим о жизни своей, — и тут Лукавый почему-то улыбнулся, а человек почему-то опечалился, — и жалуешься ему, что жизнь твоя тяжела и беспросветна, и что ты должен работать с утра до ночи, и нести все обязанности свои. А друг твой, любящий тебя, скажет, что жизнь твоя хоть и нелегка, но всё же терпима, и что есть у тебя и жена преданная и дети, почитающие тебя, и родители, и друзья, уважающие тебя. И что не многие из круга твоего живут такой жизнью устроенной. Кто же прав тогда будет между вами двоими? И не будет ли, что жизнь твоя тяжела, правдой? И то, что твой друг скажет тебе тоже правдой? И не будет всё ли это ложью, если посмотришь на жизнь правителей ваших, или на нищих на улице, или на воинов в сражении? И разве они счастливы? И вот говорю я тебе: нет ни правды ни лжи самой по себе, но всё зависит только откуда ты смотришь, и что знаешь и понимаешь. И ещё скажу тебе, человек, — сказал Лукавый, — что твоя правда не есть правда Посланника или Пророка божьего или Будды, а их правда не есть правда Пославшего их, и над ним тоже есть правда, и так без конца. И представил тут человек всю пирамиду эту, всю «лестницу Якова» и почувствовал на миг ту правду, что ближе к вершине, и потерял он сознание своё и простёрся ниц. А Лукавый в это время терпеливо ждал. И вот очнулся человек, отёр рукой дрожащей лицо своё и спросил: «А как же я, где же моя правда в порядке этом небесном?» И спросил Лукавый: — А где же правда муравья малого в мире твоём? И его ли правда — правда для тебя? И не есть ли мир твой гораздо больше и сложнее чем мир муравья? Так же и ты, как муравей в мире твоём, по сравнению с небесным порядком этим. И как сам ты меняешься всё время, — сказал Лукавый, — так же и правда твоя меняется с тобой всё время, и вчерашняя правда будет тебе сегодняшней ложью, и сегодняшняя ложь — завтрашней правдой. И что есть правда и что ложь? Не есть ли это только имена, или ярлыки, или суждения твои, которые выносишь ты, на основании только того, что знаешь ты? И много ль ты знаешь? — и тут снова улыбнулся Лукавый и как бы вырос, а человек почувствовал себя маленьким и слабым и задрожал. — Ибо если скажут тебе, что снег белый, и не видел ты снега ни разу в жизни своей, а потом скажет тебе ещё кто-то, что снег синий, не скажешь ли ты, что ложь это? Но если не видел ты снега, то и то и другое ложью для тебя будет. И ещё скажу тебе, — сказал Лукавый, — что говоря и думая о правде, используешь ты слова, человек. Но разве ты сам и другие люди, с которыми говоришь ты, одинаково понимаете те же слова, что с губ ваших слетают? Вот говоришь ты кому, что любишь его. Но разве любишь его ты так же, как и детей своих, как родителей, как жену, как Бога своего, что жизнь дал тебе? Для каждого из них у тебя своя любовь, а слово ты используешь одно. И не так же ли и с правдой? Вот если готов ты самую жизнь свою отдать за Бога, потому что любишь Его, то не будет ли ложью сказать, что любишь ты соседа своего? Ведь за него не готов ты жизнь отдать? Не ложь ли это, что любишь ты его? — И тут снова Лукавый улыбнулся и похолодел человек в истоме. — Вот видишь, даже когда хочешь сказать ты правду, ложь говоришь ты, человек. И, не так ли это по отношению ко всем словам, что говоришь ты, человек? Ибо только ты понимаешь, что сказать хочешь, другие же только думают, что догадываются, что имел ты в виду. И вот, правды ты от меня хочешь, человек, правды о правде и о лжи. Но как судить о сказанном мною будешь? И засмеялся тут Лукавый и ушёл, а человек изменился в лице своём, и застыл как столб солевой, и простоял весь день и всю ночь в раздумье.

Соломония: К одной старой женщине в селе явился Бог. Она рассказала об этом батюшке, который, заботясь о духовном устроении своей прихожанки, сказал ей: — Если Бог явится вам в следующий раз, попросите Его рассказать вам о моих грехах, которые лишь Ему одному известны. Это будет достаточным доказательством того, что именно Бог, а не кто-то другой является вам. Женщина пришла через месяц, и священник спросил, являлся ли ей Бог снова. Она утвердительно кивнула. — Вы задали Ему вопрос? — Да, задала. — И что Он сказал? — Он сказал: «Скажите своему священнику, что Я забыл его грехи». — Действительно, это был Бог, — сказал батюшка.

Евва: Давным-давно жил один святой старец, который много молился и часто скорбел о грехах человеческих. И странным ему казалось, почему это так бывает, что люди в церковь ходят, Богу молятся, а живут всё так же плохо, греха не убывает. «Господи, — думал он, — неужели не внемлешь Ты нашим молитвам? Вот люди постоянно молятся, чтобы жить им в мире и покаянии, и никак не могут. Неужели суетна их молитва?» Однажды с этими мыслями он погрузился в сон. И чудилось ему, будто светозарный ангел, обняв крылом, поднял его высоко-высоко над землёй. По мере того как поднимались они выше и выше, всё слабее и слабее становились звуки, доносившиеся с поверхности земли. Не слышно было более человеческих голосов, затихли песни, крики, весь шум суетливой мирской жизни. Лишь порой долетали откуда-то гармоничные нежные звуки, как звуки далёкой лютни. — Что это? — спросил старец. — Это святые молитвы, — ответил ангел, — только они слышатся здесь. — Но отчего так слабо звучат они? Отчего так мало этих звуков? Ведь сейчас весь народ молится в храме?.. Ангел взглянул на него, и скорбно было лицо его. — Ты хочешь знать? Смотри. Далеко внизу виднелся большой храм. Чудесной силой раскрылись его своды, и старец мог видеть всё, что делалось внутри. Храм весь был полон народом. На клиросе виден был большой хор. Священник в полном облачении стоял в алтаре. Шла служба. Какая служба — сказать было невозможно, ибо ни одного звука не было слышно. Видно было, как стоявший на левом клиросе дьячок что-то читал быстро-быстро, шлёпая и перебирая губами, но слова туда, вверх, не долетали. На амвон медленно вышел громадного роста диакон, плавным жестом поправил свои пышные волосы, потом поднял орарь, широко раскрыл рот, и… ни звука! На крылосе хор готовился петь. «Уж хор-то, наверно, услышу», — подумал старец. НО НЕТ. Смотреть было удивительно странно: рты у всех были открыты, но пения не было. «Что же это такое?» — подумал старец. Он перевёл глаза на молящихся. Их было очень много, разных возрастов и положений: мужчины и женщины, старики и дети, купцы и простые крестьяне. Все они крестились, кланялись, многие что-то шептали, но ничего не было слышно. Вся церковь была немая. — Отчего это? — спросил старец. — Спустимся, и ты увидишь и поймёшь. — сказал ангел. Они медленно, никем не видимые спустились в самый храм. Нарядно одетая женщина стояла впереди всей толпы и, по-видимому, усердно молилась. Ангел приблизился к ней и тихо коснулся рукой. И вдруг старец увидал её сердце и понял её мысли. «Ах, эта противная сестрица! — думала она. — Опять в новой шляпе! Муж — пьяница, дети — оборванцы, а она форсит!.. Ишь выпялилась!..» Рядом стоял купец в хорошей суконной поддёвке и задумчиво смотрел на иконостас. Ангел коснулся его груди, и перед старцем сейчас же открылись его затаённые мысли: «…Экая досада! Продешевил… Товару такого теперь нипочём не купишь! Не иначе как тысячу потерял, а может, и полторы…» Далее виднелся молодой крестьянский парень. Он почти не молился, а всё время смотрел налево, где стояли женщины, краснел и переминался с ноги на ногу. Ангел прикоснулся к нему, и старец прочитал в его сердце: «Эх, и хороша Дуняша!.. Всем взяла: и лицом, и повадкой, и работой… Вот бы жену такую! Пойдёт или нет?» И многих касался Ангел, и у всех были подобные же мысли, пустые, праздные, житейские. Перед Богом стояли, но о Боге не думали. Только делали вид, что молились. — Теперь ты понимаешь? — спросил Ангел. — Такие молитвы к нам не доходят. Оттого и кажется, что все они точно немые. В эту минуту вдруг робкий детский голосок отчётливо проговорил: — Господи! Ты благ и милостив… Спаси, помилуй, исцели бедную маму!.. В уголке на коленях, прижавшись к стене, стоял маленький мальчик. В его глазах блестели слёзы. Он молился за свою больную маму. Ангел прикоснулся к его груди, и старец увидел детское сердце. Там были скорбь и любовь. — Вот молитвы, которые слышны у нас! — сказал ангел.

Прасковья: Последняя притча интересная, есть над чем задуматься. А вот притча о правде и лжи мне не понравилась, не понимаю, зачем человеку с лукавым советоваться.

Евва: Поэтическая притча о любви ,о верности, о Царствии Небесном. В жаркой пустыни. В жаркой пустыне, под солнцем сгорая Шёл старец седой с ним старуха слепая. Сума за плечами и в горле песок Шли молча, мечтая:- воды бы глоток! Прекрасный оазис возник перед ними, Как райские кущи с вратами резными. Приказчик сидит на скамье у ворот И сыт и одет, но с ухмылкою рот. Входи, говорит старику - это Рай, Что только желаешь себе выбирай. Но только старуху оставь у ворот И снова скривило усмешкою рот... Слепую слезу у жены вытирая И ей в утешенье слова подбирая, Сказал, что мираж перед ними возник Пойдём, дорогая, уж скоро родник. На сей раз, дорога его привела К простому крыльцу - «ни двора, ни кола». Хозяин приветлив, гостей напоил Обоим дал хлеба, и спать уложил… -Спите, спокойно,-сказал – Вы в Раю, Коль не оставил старуху свою Вечное Царствие вам на двоих. В Рай не пускают, кто предал своих.

Евва: Прасковья пишет: А вот притча о правде и лжи мне не понравилась, не понимаю, зачем человеку с лукавым советоваться. Диавол все время человека искушает. О том и притча. Понравилась. Смысл немного глубже, чем в других, не на поверхности. Возможно она больше понятна к старости.

Агния: Поросенок. Глупый поросенок всегда хрюкал и всех учил.Он сказал кузнечику: -На Вашем месте я бы никогда не взял бы в лапы скрипочку. Пришел умный слон, и поросенок сказал ему то же: -На Вашем месте я бы не топал. -Да,-кивнул слон, - только я бы на вашем месте не хрюкал. Прежде чем учить - подумай,а не поросенок ли ты?...

Агния: "Две Доли - одна Беда" (СКАЗКА ИЗ БЕЛОРУССКОГО ФОЛЬКЛОРА) ======================= Жили когда-то два брата. В одной хате жили, но не очень-то братья дружили. А умерли отец и мать – совсем стали враждовать. То младший старшему не угодит, то старший младшему не подладИт. Старший брат говорит младшему брату: – Чем так жить-срамиться – давай делиться. Разделили они все пожитки – от чёрного сухаря до последней нитки. Разъехались и начали каждый на своём хозяйстве жить. Пашут, косят, землю навозят, – ни зимой, ни летом покоя не знают, свой хлеб добывают. У старшего брата что ни год, то доход, а у младшего брата что ни день – приключень... Одни огорчения: то корова не растелилась, то кобыла под мост провалилась, то в сенокос самого прохватит понос. Младший брат только вздыхает: – Такая, – говорит, – моя доля. На всё Божья воля. Как младший брат ни старался – на ноги так и не поднялся. Даже курицы во дворе не осталось – все передОхли, а последняя в горшке оказалась. В хате – шаром покати, хоть бери торбу и побираться иди. Пошёл он в поле – и там тоска: на три десятины три колоска. Зато на поле старшего брата всё давно уже сжато, по всему полю в ряд копна стоят. А по стерне незнакомая девочка ходит, колоски собирает, к копёшкам добавляет. Подошёл младший брат к меже, стал у самого края: – Ты что тут делаешь? – спрашивает. – Кто ты такая? А та, как будто бы в чём виновата: – Я, – говорит, – доля твоего старшего брата. Горько младшему брату стало, что его доля где-то пропала. И спрашивает он у братовой доли: – Почему ж моей доли не видно в поле? А та только плечами пожала: – Твоя доля отродясь не жала. У неё от сельской работы – в костях ломоты. Загляни вон в ту рощу – твоя доля там где-то гуляет, – может, спит, может, песни распевает... Хихикнула девочка и отправилась вновь колоски собирать. А младший брат направился в рощу свою долю искать. Идёт он, по сторонам поглядывает, гибкой хворостиной помахивает, – видит, сидит под дубом девица: пышна, грудаста, круглолица. Сама, как сметана бела, и сидит, срамница, в чём мать родила. «Ишь, бесстыдница, сидит без дЕла! Потому так и растолстела!..» Подкрался сзади, как тать, да за волосы девицу – хвать! Хворостиной её ласкает, а сам, знай, повторяет: – Братняя доля колоски собирает с утра до вечера, а ты тут прохлаждаешься, будто делать тебе больше нечего!.. Младший брат хворостиною машет, а сам свою долю на поле тащит, чтоб посмотрела, как братняя доля старается, чтоб усовестилась, что сама прохлаждается. А доле стыдно голой идти через поле – упирается доля. Просит младшего брата, – срамить, мол, перед всеми не надо. – Ладно! Зашли они в тень, сели на пень – доля волосы распустила, наготу свою волосами прикрыла. Голову наклонила, сидит – молчит. А младший брат, хмурый, как ночь, ей выговаривает: – У тебя что, рук нет, чтобы мне помочь? Бьюсь, как рыба об лёд, из года в год, а ты хоть бы пальцем пошевелила, чтоб достатка побольше было!.. А доля головой качает и так ему отвечает: – Не хочу я в земле ковыряться, как дура!! У мене купеческая натура! Сеять да жать – не с моим телом. Мне б заниматься купеческим делом. Иди-ка ты торговать, а я буду тебе помогать... Младший брат только вздохнул в ответ: – У меня сноровки для этого нет... Да и с чем-то мне на базар идти? – А ты лапти плети! Их и сбывай на торгу, ну, а я тебе помогу! Хотел младший брат переспросить, что доля сказала, но та подхватилась с пня и убежала. Издалека повторила опять: – Учись торговать! «Как просто, – решил младший брат, – гляди-ка!..» Надрал младший брат лыка, лаптей наплёл, аж двенадцать пар! – отправился на базар. И правда, дала доля дельный совет – от покупателей отбоя нет. Копейка лаптям и цена-то, а тут и полтинник – самая плата. Сбыл за минуту нехитрый товар – на душе отрадно и в кармане навар. Так и пошло – лыка надерёт, лаптей наплетёт, набьёт лаптями мешок – и на базар поволок. У других купцов-продавцов и сапоги за такую цену не берут, а у него лапти с руками рвут. Не зря, видать, с хворостиной за долей гонялся, вот помощи от неё и дождался. Полгода такая торговля длилась, а там, гляди, и лавочка появилась. А в лавке, конечно, разный товар – и у самого на столе самовар. Чай пьёт младший брат, за щекой леденец, как настоящий купец. А купцу в городе жить подобает. Вот и стал младший брат в дорогу собираться – в город перебираться. Подъехал он к старой хате на телеге, давай скарб грузить – лавки да ухваты носить. Хоть и бедная хата, да не пустая: то решето, то скалка – и всего жалко!.. Всё-всё погрузил, даже устал, из-за пазухи барилку* достал, приложил, расправил плечи, и вдруг – услышал плач из-под печи. – Кто там плачет? Иди сюда!.. – Это я! – выглянуло страшилище из-под печи. – Твоя беда... – А чего ревёшь? – Потому, что меня с собой не берёшь... Глянул младший брат на беду – ну и страшна! Костлява, лохмата, с лица черна. Взяла оторопь младшего брата – от неё избавиться как-то надо. Почесал он в бороде и говорит беде: – Как же я тебя повезу – сам не знаю? Повезу на возу – людей напугаю... А беда запрыгала, захлопала в ладоши: – А мой же ты мужичок, а мой ты хороший! Зачем же меня везти на виду, я себе место всегда найду. Ты согласись меня только взять, я и пушинкою могу стать... Достал барилку тут младший брат: – Хочешь ехать – влезай! Для тебя в аккурат... Беда вся вытянулась, как могла, в барилку сквозь дырочку и вползла. Заткнул младший брат затычку потуже – хорошо, что вышло так, а не хуже... Сунул барилку за пазуху, на воз взобрался и, не спеша, в свою лавку подался. Через гать переезжал, барилку под вербою закопал, затоптал это место ногами, а сверху взвалил ещё камень. ----------------------------------- ..Переехал в город младший брат из села, ещё лучше пошли у него дела. Доля ему помогает, беда ему не мешает. Живи – торгуй, шелУху от семечек плюй! ...Прошёл, может, год, может, – пять, приехал старший брат в город жито продавать. Управился к закату, дай, думает, загляну к младшему брату. Поговорим о том, о сём, а может, и чайку попьём. Заглянул к младшему брату старший брат – а младший и рад. Сидят за столом, чаёк попивают, прошлое вспоминают. Спрашивает старший брат: – Ты че это, брат, стал так богат? А младший хлебнул чая и отвечает: – А я к своей доле обратился, вот и обогатился. А главное, чтоб ты знал, я беду свою закопал. Лежит в барилке под камнем на гати, и до меня не может добратись. Только руками всплеснул старший брат: – Ну, скажу я тебе, ты и хват! ХитрО от беды освободился, в барилку загнать её умудрился! Молодец! – похвалил. – Сделал всё без греха! Ха-ха-ха! Ха-ха-ха! Старший брат младшего брата похваливает, многие лета прочит, а самого зависть, как червяк внутри, точит. Казалось бы, чего тут тужить, коль брат твой стал лучше жить, а всё-таки неприятно... Возвращался брат старший по гати домой, остановился под старой вербОй, откатил в сторону камень, лопаты не было – разгрёб землю руками, барилку достал, вытер полой. Встряхнул – кто-то стонет в барилке: – Ой! Ой! Старший брат поворачивает барилку туда-сюда: – Кто там? – спрашивает. – Твоего младшего брата беда. – Чего ты стонешь? – Хочу на волю. – Зачем? – Чтоб испытать другую долю. – Тогда вылезай! – сказал старший брат. – Иди к моему брату назад. Вытащил из барилки затычку ловко, и поползла из барилки беда, как верёвка. Чихнула, в клубок скрутилась и... в саму себя превратилась. Потянулась, костями хрустнула: – О-хо-хо! До чего же я в сырости продрогла. Соскучилась без тепла... – Вот и иди туда, где была!.. А беда в ответ: – Ну уж нет! Там меня опять могут в бутылку загнать – буду мучиться весь век. А ты – добрый человек! Обернулась беда суровой ниткой и спряталась у старшего брата под свиткой. Затерялась, как маково зёрнышко средь жита, – ведь вся свитка нитками шита. И отправился старший брат домой не один, а с бедой. И начались у старшего брата все несчастья с маленькой нитки, – что ни день, одни убытки. Трудится старший брат, старается, а всё не так, как раньше, у него получается. Богатство не растёт, а убывает. Всё время беда мешает. Прошёл ещё год, остался в хозяйстве старшего брата один лишь кот. Но и он в соседние хаты ходит харчиться – в своей хате не мог прокормиться. Где нет хлеба – и мыши не водятся... Старшему брату так припекло, хоть с торбою покидай село. Решил съездить к младшему брату: а, может, если во всём признаюсь, он и поможет? Приехал к младшему старший брат, а тот – гостю рад. Поставил самовар, угощенья – не только пшеничный хлеб, но и печенье. Старший брат слезой давится, не глядеть в глаза младшего брата старается. – Как ты обеднел так? – сокрушается младший брат. – Сам виноват. Откопал я твою беду. Хотел, чтоб к тебе воротилась, а она у меня поселилась. Она меня и довела. Вздохнул младший брат: – Да, плохи, брат, дела!.. Не зря говорится, что в зависти нету ни проку, ни радости... Что ж, повадки беды мы знаем, поедем к тебе... Может, как-нибудь с ней совладаем. Явились они в хату к старшему брату. Беда показаться боится – под печью таится. Достал младший брат кошелёк, раскрыл, брату старшему подаёт. – На, вот, – говорит, – он с деньгами, а не с нуждою. А с деньгами ты быстро справишься с бедою. А беда из-под печки – скок! – и прямо в кошелёк. – Хи-хи-хи! – смеётся. – А я уже в кошельке!.. Младший брат – чмок! – и защёлкнул кошелёк на замок. Потом братья в онУчу кошелёк замотали, огромный камень к нему привязали, поехали на гать, стали на колоду, раскачали кошелёк с бедою и – бух – прямо в воду. Утопили!.. С той поры всё у братьев пошло на лад. Снова разбогател старший брат. И у младшего брата – лавка богата. А коль дела хороши – живи не тужи да друг с другом дружи!.. Так братья и сделали. ============== КОНЕЦ. -------------------------------------------------------- *Барилка /бел./ – деревянная бочечка, баклажка.

Агния: Монах и крестьянин. Подвизался один монах в пустыне, усердно творя молитву, даже ночью для этого вставал. А пищу ему приносил обычный такой мужик, немного сумрачный, будто не выспавшийся. Как-то раз решил инок провести рядом с ним целый день и вот что приметил. Крестьянин вставал рано утром, говорил: «Господи» и шел в поле. Там пахал целый день, а вернувшись к ночи, перед тем как лечь спать, во второй раз говорил: «Господи». «И только-то», – огорчился пустынник. А спустя некоторое время решил отправиться к духовнику за советом – как научить мужика молиться. Старец подумал и предложил для начала исполнить следующее: – Возьми эту чашу, полную масла и обойди вокруг деревни, но только смотри, ни капли не пролей. Молодой монах все исполнил в точности и вновь предстал перед духовником. – Скажи, сколько раз вспомнил ты Бога, пока нес чашу? – поинтересовался тот. – Ни разу, – растерялся инок. – Я думал только о том, как бы не пролить масла. – Это одна чаша с маслом так заняла тебя, – продолжал старец, – что ты ни разу не вспомнил о Боге. А крестьянин и себя, и семью, и тебя кормит своими трудами и заботами и то два раза в день вспоминает о Боге.

Агния: Хулиган в храме Христианская притча Однажды в храм во время службы зашёл молодой мужчина крупного телосложения, по лицу которого были видны недобрые намерения. Он прошёл вперёд всех, сел на скамейку и, развалившись, стал лузгать семечки и громко ругаться. Шла проповедь, за кафедрой стоял священник. Парень перебивал его, глумился над словами, кидал в него шелуху от семечек. Потом громко смеялся над хором, когда запели псалмы. Никто ему ничего не говорил. Служба шла своим чередом. А когда служба закончилась, к нему подошла старушка с веником и сказала: — Позволь, сыночек, я подмету вокруг тебя. Парень после этих слов внезапно заплакал и выбежал. На следующий день он вернулся в церковь и покаялся.

Оксана: Агния пишет: В одном городе началась засуха. Лето было в разгаре, и городской священник созвал всех утром в храм молиться о дожде. Пришёл весь город, и весь город смеялся над одним ребёнком. Ребёнок пришёл с зонтиком. И каждый смеялся и говорил: - Дурачок, зачем ты притащил зонтик? Потеряешь. Ребёнок сказал: - А я думал, что если вы помолитесь, дождь пойдет. В одной деревне пять лет не было дождя. Стояла невероятная засуха и жители голодали. Кого они только не просили о помощи, каких только магов и чародеев не приглашали, но никто им не смог помочь. Засуха и связанный с ней неурожай и голод продолжались. И тогда они прослышали о йоге дождя. Они собрали представителей деревни и пошли к нему с мольбой о помощи. Йог согласился и через некоторое время пришёл в деревню. Он поставил свою палатку посреди деревни и удалился в неё. Трое суток йог дождя провёл в палатке в медитации, а на четвёртый день в деревне пошёл дождь. Жители были несказанно удивлены и обрадованы. Они пришли к палатке йога дождя со словами благодарности. Йог выслушал их и ответил: «Я тут не при чём и никакого дождя я не вызывал. Когда я пришёл к вам в деревню, то увидел, что у вас нарушена гармония с небесами, вы потеряли связь со Вселенной. И я удалился в палатку медитировать для восстановления утраченной гармонии, и когда она восстановилась - пошел дождь.

Оксана: Однажды один юродивый повстречал Гарун аль-Рашида Багдадского. — Ты откуда идёшь, странник? — спросил правитель. — Из ада, — ответил тот. — И что же ты делал там? — Нужен был огонь, чтобы раскурить трубку, и я решил спросить, не поделятся ли жители ада им со мной. — Ну, и как, взял огня? — спросил Гарун аль-Рашид. — Нет, тамошний царь ответил, что у них нет его. Я, конечно, спросил, как же так? На что хозяин ада ответил: «Говорю тебе, у нас нет здесь никакого огня, каждый приходит со своим собственным».

Прасковья: Оксана, надеюсь мы не будем на древлеправославном форуме прославлять йогов

Оксана: Это же просто притча. Не надо ее воспринимать буквально.

Нарьян-Мар: Оксана пишет: Это же просто притча. Не надо ее воспринимать буквально. Если так, то вложите благочестивый смысл в христианские уста. Иначе эта притча "не буквально", говорит о том, что истина не только у Христа и у христиан, но и в других верованиях(что христиане отрицают в принципе):"именем Исуса Христа Назорея, Которого вы распяли, Которого Бог воскресил из мертвых, Им поставлен он перед вами здрав. Он есть камень, пренебреженный вами зиждущими, но сделавшийся главою угла, и нет ни в ком ином спасения, ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись."Деян.4

Оксана: Так и знала, что буду тут выглядеть, как белая ворона.

амартол Димитрий: Оксана, Вы хоть и белая, но не ворона! P.S.: Девчата, давайте терпимее отнесемся к новой участнице форума и не будем подогревать ее предубеждение против древлеправославных.

Прасковья: Оксана пишет: Так и знала, что буду тут выглядеть, как белая ворона. Не обижайтесь Оксана, если Вы продолжите читать форум, то сами поймете свою ошибку и не знаю будете ли Вы снисходительны к тем, кто её повторит.

В.Анисимов: http://www.svetlana-kopylova.ru/disco.html

Соломония: Притча о белой вороне Дмитрий Рудаков Сватался чёрный ворон К белой вороне на Пасху. Ворона пошла на взаимность, Отдала свою страсть и ласку. Счастье не длится долго Сломала жизнь чёрные крылья, Со страстью белой вороны Чёрный ворон лежит в могиле. Сватался серый ворон К белой вороне на Троицу. Ворона пошла на взаимность, Чтобы не быть в одиночестве. Не было в их жизни счастья Поэтому прожили долго. Жили без ласки, без страсти, А во имя какого-то долга. Все исчезает как дым, В могиле чёрные перья. Стал серый ворон седым, А ворона осталась белой.

Соломония: Притча о маленькой серенькой птичке. "Как-то раз на берегу озера сидела одинокая маленькая серая птичка и грустила о своей никчемной доле. Вдруг на озеро прямо с неба спустились большие белые птицы и стали делиться впечатлениями о своих путешествиях. Послушав их рассказы, птичка вздохнула и произнесла: – Хорошо вам, летаете повсюду, мир видите, а я сижу и ничего, кроме этого озера не видела. Так и жизнь пройдет! Удивились большие белые птицы. – Знаешь, маленькая серая птичка, а давай мы возьмем тебя с собой. Ты наконец-то увидишь теплые дальние страны. – Ага …– тоскливо проныла маленькая серая птичка. – А вдруг вы остановитесь на ночлег, а наутро забудете обо мне. И что я там буду делать – одна, в незнакомых краях, с такими маленькими серыми крылышками? – Знаешь, маленькая серая птичка, – сказали большие белые птицы, – а давай мы устроим дежурство, и тогда мы обязательно заберем тебя с собой. – Ага …– тоскливо проныла маленькая серая птичка. – Вот прилетим мы в дальние теплые страны, и вы там будете высиживать своих птенцов, разбившись по парам. А я что буду делать в теплых странах с такими маленькими серыми крылышками? – Знаешь, маленькая серая птичка, – сказали большие белые птицы, – а давай мы найдем тебе пару, и вы вместе полетите в дальние теплые страны, и тоже будете высиживать там птенцов. – Ага …– тоскливо проныла маленькая серая птичка. – А вдруг мы не сойдемся характерами, и я останусь в незнакомых дальних странах одна с птенцами. – Знаешь, маленькая серая птичка, – сказали большие белые птицы, – а иди-ка ты поклюй! И, взмахнув большими белыми крыльями, птицы взлетели и продолжили свой путь".

Море: Жил-был один пьянчужка. Очень много пил. Напился как-то раз до такой степени, что друзей своих не узнает. Совсем не в себе. Не узнает ни свое село, ни дом родной. Начал приставать ко всем прохожим: «Домой меня отведите! Отвезите меня в мое село!» Вот так раскричался. Люди из этого села хорошо его знали. Говорят: «Эээ, да ты глянь-ка, это ж твое село! Ты ж стоишь прям перед своим домом. Что, не узнаешь? Смотри-ка, вот твой дом. Вон твоя матушка у двери стоит. Иди, иди в дом.» Пьяница видел мать у дома, но даже ее не узнал. Сказал: «Нет-нет, это не моя улица. Это не мой дом. Это не моя мать.» Люди удивились: «Ничего себе, дом не узнает, мать родную не узнает. Что ж с ним такое? Как ему объяснить?» Как раз в это время проходил мимо один старик. Пьяный к нему бросился: «Отведите меня домой, уважаемый.» Старик знал, что дом пьяницы здесь, но сказал: «Хорошо, отведу.» Нанял телегу, запряженную лошадкой. Давно это было. Так вот, нанял святой телегу, посадил на нее пьяницу, сел сам и поехал так из села. Раз пять, а то и десять объехал вокруг села. Пока из пьяницы алкоголь не выветрился, до тех пор старик катал и катал его по окрестностям. А когда тот начал приходить в себя, привез его обратно в село, на ту же самую улицу, к тому же дому. На тот момент пьяница уже полностью протрезвел. Тогда старик сказал: «Смотри, вот твое село, вот твой дом, вот твоя мать.» Пьянчуга ответил: «Ну надо же, как далеко от дома меня занесло в этот раз. Так долго ездили, пока домой добрались. И люди какие злые попадались. Все чужой дом показывали и говорили, что это мой. Только Вы меня пожалели, домой отвезли.» И он поклонился старику. Старик ответил: «Ладно, теперь иди, иди домой.»

Оксана: Море пишет: Жил-был один пьянчужка. Очень много пил. Грустно, но актуально.

Соломония: Час времени. Притча о семье,грустно,актуально и больно. Как-то раз один человек после тяжелого рабочего дня поздно вернулся домой. Войдя в квартиру, он обнаружил, что около входной двери тихо стоит его пятилетний сын. Мальчик обратился к отцу с вопросом: - Пап, а сколько денег ты получаешь за час работы? Уставший отец раздраженно ответил: - Почему ты спрашиваешь? Тебе это совершенно не нужно знать. - Скажи, ну пожалуйста, - настаивал ребенок. - 400, а зачем тебе это нужно? - Пап, одолжи мне пожалуйста 200, когда вырасту, я тебе отдам, - серьезно сказал малыш. - Я целый день на работе, страшно устал, а ты донимаешь меня дурацкими вопросами. Если тебе нужны деньги на какую-нибудь дурацкую игрушку, поговорим об этом потом, а сейчас немедленно иди спать, - разбушевался не на шутку отец. Ни слова не говоря, мальчик ушел в свою комнату. Отец еще какое-то время злился на сына, а потом, немного успокоившись, почувствовал себя виноватым, что так накричал на ребенка. Решив загладить вину, он заглянул в детскую: - Сынок, ты еще не спишь? Извини, что я сорвался, просто у меня был тяжелый день. Вот возьми- это деньги, которые ты просил. Ребенок сел и обрадованно сказал: - Спасибо тебе, пап. Потом из-под подушки он извлек еще несколько измятых купюр, увидев которые отец опять начал злиться: - Зачем тебе столько денег? – раздраженно спросил он. - Мне не хватало двухсот, - ответил малыш. - Папочка, здесь ровно 400. Я хочу купить один час твоего времени, чтобы ты завтра пришел домой пораньше и мы поужинали все вместе.

Нарьян-Мар: Соломония пишет: грустно,актуально и больно Страшная история про капиталистические будни.

Лариса: Нарьян-Мар пишет: Страшная история про капиталистические будни. Дело здесь как раз не в капитализме , а в том, что сын отца не видит.

Нарьян-Мар: Лариса пишет: а в том, что сын отца не видит А почему не видит?

Oleg23: Бысть нЪки бражникъ, и зЪло много вина пилъ во вся дни живота своего, а всяким ковшемъ Господа Бога пърославлялъ и чясто в нощи Богу молился. И повелЪ Господь взять бражникову душу, посла аггела своево, и взятъ аггелъ бражьникову душу, и постави ю у вратъ святаго рая Божия, а сам аньелъ и прочь пошелъ. Бражникъ же начя у вратъ рая толкатися, и приде ко вратом верховны апостолъ Петръ, и вопроси: «Кто есть толкущися у вратъ рая?» Он же рече: «Азъ есмь грЪшны человЪкъ бражьникъ, хощу с вами в раю пребыти». Петръ рече: «Бражником здЪ не входимо!» И рече бражникъ: «Кто ты еси тамо? Глас твой слышу, а имени тъвоего не вЪдаю». Он же рече: «Азъ есть Петръ апостолъ». Слышавъ сия бражникъ, рече: «А ты помниши ли, Петръ, егда Христа взяли на роспятие, и ты тогда трижды отрекся еси от Христа? А я, бражьникъ, никогда не отрекся от Христа. О чем ты в раю живеши?» Петр же отиде прочь посрамленъ. Бражникъ же начя еще у врать рая толкатися. И приде ко вратом Павелъ апостолъ и рече: «Кто есть у врать рая толкаетца?» — «Азъ есть бражникъ, хощу с вами в раю пребывати». Отвеща Павел: «Бражником здЪ не входимо!» Бражникъ рече: «Кто еси ты, господине? Глас твой слышу, а имени твоего не вЪмъ».— «Азъ есть Павелъ апостолъ». Бражникъ рече: «Ты еси Павелъ! Помниш ли, егда ты первомученика архидиякона Стефана камениемъ побилъ? Азъ, бражникъ, никово не убилъ! И Павелъ апостолъ отиде прочь. Бражникъ же еще начя у вратъ толкатися. И приде ко вратом рая царь Давыд: «Кто есть у въратъ толкаетца?» — «Азъ есть бражникъ, хощу с вами в раю пребыти». Царь Давыд рече: «Бражникомъ здЪ не входимо!» И рече бражникъ: «Господине, глас твой слышу, а в очи тебя не вижу, имени твоего не вЪмъ».— «Азъ есть царь Давыд». И рече бражникъ: «Помниши ли ты, царь Давыдъ, егда слугу своего Урию послал на службу и велЪ ево убити, а жену ево взял к себЪ на постелю? И ты в раю живеши, а меня в рай не пущаеши!» И царь Давыдъ отиде прочь посрамленъ. Бражникъ начя у вратъ рая толкатися. И приде ко вратомъ царь Соломонъ: «Кто есть толкаетца у вратъ рая?» — Азъ есть бражникъ, хощу с вами в раю быти». Рече царь: «Бражникомъ здЪ не входимо!» Бражникъ рече: «Кто еси ты? Глас твой сълышу, а имени твоего не вЪмъ».— «Азъ есмь царь Соломонъ». Отвещавъ бражникъ: «Ты еси Соломонъ! Егда ты был во адЪ, и тебя хотЪлъ господь богъ оставити во адЪ, и ты возопилъ: «Господи боже мои, да вознесетца рука твоя, не забуди убогихъ своихъ до конца! А се еще жены послушалъ, идоломъ поклонился, оставя Бога жива, и четыредесять лЪтъ работал еси имъ! А я, бражникъ, никому не поклонился, кромЪ Господа Бога своего. О чемъ ты в рай вшелъ?» И царь Соломонъ отиде посрамленъ. Бражьникъ же начя у вратъ рая толкатися. И приде ко вратомъ святитель Никола: «Кто есть толкущися у вратъ рая?» — «Азъ есть бражникъ, хощу с вами в раю во царствие внити». Рече Никола: «Бражьникомъ здЪ не входимо в рай! Имъ есть мука вЪчная и тартар неисповЪдимъ!» Бражникъ рече: «Зане глас твой слышу, а имени твоего не знаю, кто еси ты?» Рече <...> Никола: «Азъ есть Николай». Слышавъ сия бражникъ, рече: «Ты еси Николай! Помниш ли: егда святи отцы были на вселенском соборЪ и обличяли еретиковъ, и ты тогда дерзнулъ рукою на Ария безумнаго? Святителемъ не подобаетъ рукою дерзку быти. В ЗаконЪ пишетъ: не убий, а ты убил рукою Ария треклятаго!» Николай, сия слышавъ, отиде прочь. Бражникъ же еще начя у вратъ рая толкатися. И приде ко вратомъ Иоаннъ Богословъ, друг Христовъ, и рече: «Кто у вратъ рая толкаетца? — «Азъ есть бражникъ, хощу с вами в раю быти». Отвещавъ Иоаннъ Богословъ: «Бражникомь есть не наслЪдимо царство небесное, но уготованна им мука вЪчная, что бражьникомъ отнюдь не входимо в рай!» Рече ему браж-никъ: «Кто есть тамо? Зане глас твой слышу, а имени твоего не зънаю».— «Азъ есть Иоаннъ Богословъ». Рече бражникъ: «А вы с Лукою написали во Еваньели: другъ друга любяй. А Богъ всЪх любитъ, а вы пришелца ненавидите, а вы меня ненавидите. Иоаннъ Богословъ! Либо руки своея отпишись, либо слова отопрись!» Иоаннъ Богословъ рече: «Ты еси нашъ человъкъ, бражникъ! Вниди к нам в рай». И отверзе ему врата. Бражник же вниде в рай и сЪлъ в лутчемъ мЪсьте. Святи отцы почяли глаголати: «Почто ты, бражникъ, вниде в рай и еще сЪлъ в лутчем мъсте? Мы к сему мЪсту нимало приступити съмели». Отвеща имъ бражьникъ: «Святи отцы! Не умЪете вы говорить з бражником, не токмо что с трезвым!» И рекоша вси святии отцы: «Буди благословенъ ты, бражникъ, тЪмъ мЪстом во вЪки вЪком». Аминь.

Нарьян-Мар: Oleg23 пишет: Бысть нЪки бражникъ, и зЪло много вина пилъ во вся дни живота своего Вспомнила по слчаю, лирика Вагантов: Хорошо сидеть в трактире. А во всем остатнем мире - скука, злоба и нужда. Нам такая жизнь чужда. Задают вопрос иные: "Чем вам нравятся пивные?" Что ж! О пользе кабаков расскажу без дураков. Собрались в трактире гости. Этот пьет, тот - жарит в кости. Этот - глянь - продулся в пух, у того - кошель разбух, Всё зависит от удачи! Как же может быть иначе?! Потому что нет средь нас лихоимцев и пролаз. Ах, ни капельки, поверьте, нам не выпить после смерти, и звучит наш первый тост: "Эй! Хватай-ка жизнь за хвост!.." Тост второй: "На этом свете все народы - Божьи дети. Кто живет, тот должен жить, крепко с братьями дружить. Бахус учит неизменно: "Пьяным - море по колено!" И звучит в кабацком хоре третий тост: "За тех, кто в море!" Раздается тост четвертый: "Постных трезвенников - к черту!" Раздается пятый клич: "Честных пьяниц возвеличь!" Клич шестой: "За тех, кто зелье предпочел сиденью в келье и сбежал от упырей из святых монастырей!" "Слава добрым пивоварам, раздающим пиво даром!" - всею дружною семьей мы горланим тост седьмой. Пьет народ мужской и женский, городской и деревенский, пьют глупцы и мудрецы, пьют транжиры и скупцы, пьют скопцы и пьют гуляки, миротворцы и вояки, бедняки и богачи, пациенты и врачи. Пьют бродяги, пьют вельможи, люди всех оттенков кожи, слуги пьют и господа, села пьют и города. Пьет безусый, пьет усатый, лысый пьет и волосатый, пьет студент, и пьет декан, карлик пьет и великан! Пьет монахиня и шлюха, пьет столетняя старуха, пьет столетний старый дед, - словом, пьет весь белый свет! Всё пропьем мы без остатка. Горек хмель, а пьется сладко. Сладко горькое питье! Горько постное житье... P.S. В дополнение, точно по смыслу вашей притчи, то же из Вагантов: Без возлюбленной бутылки тяжесть чувствую в затылке. Без любезного винца я тоскливей мертвеца. Но когда я пьян мертвецки, веселюсь по-молодецки и, горланя во хмелю, Бога истово хвалю!

Oleg23: Нарьян-Мар пишет: вашей притчи Чесслово это русская народная сказка, это не я автор А от Вас, Нюрочка, я не ожидах такого! Кто же Вам такие книжки подсовывал!? Кто Вас так ... просвещал?!

Нарьян-Мар: Oleg23 пишет: Кто Вас так ... просвещал?! Муж, читал еще в детстве, ну и меня познакомил. С кем поведешься от того и наберешься, а уж если замуж выйдешь и подавно наберешься. По-моему, стихи вполне на злобу дня и в унисон сказке.

Oleg23: Нарьян-Мар пишет: в униссон сказке Вы сказку не поняли!

Лариса: Нарьян-Мар пишет: в униссон сказке. Oleg23 пишет: Вы сказку не поняли! Никак новая притча получилась...?

Василиса: Лариса пишет: Никак новая притча получилась...? Пора бы и старые вспомнить? О сеятеле. О добром семени и о плевелах . О зерне горчичном . О закваске . О сокровище, скрытом на поле . О купце, ищущем хорошего жемчуга . О неводе, закинутом в море . О немилосердном должнике . О работниках в винограднике . О двух сыновьях . О злых виноградарях . О десяти девах . О талантах . О семени, возрастающем в земле неприметным образом . О двух должниках . О добром самарянине О человеке, просящем хлеба в полночь у своего друга . О неразумном богаче . О неплодной смоковнице в винограднике . О брачном пире . О заблудившейся овце . О потерянной драхме . О блудном сыне . О неверном домоправителе . О богаче и Лазаре . . О работнике пришедшем с поля . О неправедном судии . О фарисее и мытаре . О десяти минах . О добром пастыре и наёмнике .

Дмитрий Вячеславович: Василиса пишет: " Отправлено: Вчера 18:33. Заголовок: Притчи Исуса Христа. - новое! Лариса пишет:  цитата: Никак новая притча получилась...? Пора бы и старые вспомнить? ...О десяти минах ..." в смысле о мнасах

Василиса: Дмитрий Вячеславович пишет: ...О десяти минах ..." в смысле о мнасах Дмитрий Вячеславович,речь идет о ПРИТЧе О ДЕСЯТИ МИНАХ . Притча о минах оканчивается угрозой сурового наказания еврейскому народу за непризнание Господа Исуса Христа Мессией. Закончив притчу, Господь пошел далее по направлению к Иеросалиму. Притча о талантах и притча о минах во многом похожи в основе лежит один принцип. Но тем не менее они отличаются.В притче о талантах Господин дает одному рабу 5 талантов другому 3, третьему 1 (каждому по силе). В притче о минах, каждому дает по одной. В притче о талантах два верных раба удваивают то что им дано.В притче о минах,один раб получает в десять раз больше, другой в пять. Один талант это около 60-ти мин. Конечно, в обеих притчах под рабами подразумеваются ученики и последователи Христовы, которые получают от Господа, как разнообразные дарования, так и разные внешние блага, которые они должны использовать и умножать во славу Божию, на пользу ближним и во спасение своей души. Далее в притче о минах мы находим обстоятельство, подобного которому нет в притче о талантах. Граждане возненавидели этого высокорожденного человека и послали вслед за ним посольство, сказав: "не хощем сему, да царствует над нами". Здесь черта, напоминающая недавний случай с Архелаем, ездившим в Рим. Иудеи, не любившие его, отправили в Рим посольство из 50 человек, просить, чтобы он не был утвержден царем, хотя и напрасно. В отношении к Господу Исусу Христу здесь имеется в виду отвержение Его еврейским народом, как своего Мессии, но напрасно, ибо Он остался, как их, так и всего мира Царем и Судией, Который потребует отчета от рабов Своих и накажет не хотевших признавать Его власти. Под возвращением господина в обеих притчах разумеется Второе Пришествие Христово, когда каждый должен будет дать отчет на Страшном Суде, как он использовал данные ему Богом дарования и внешние блага. Умножавшие свои мины и таланты удостоятся похвалы и получат каждый соответствующую своему усердию награду. Скрывший свою мину или талант будет наказан, как "раб лукавый и ленивый", не пожелавший трудиться над данными ему дарами благости Божией, в котором благодать Божия остается бесплодной. Обвинения ленивым рабом своего господина в жестокости это - обычное самооправдание грешника, по греховности своей потерявшего чувство сыновства к Богу и представляющего Бога поэтому жестоким и несправедливым. Небольшое толкование на притчу из интернета.

Oleg23: Из просторов инета. И про свободу воли — Мой внук, я расскажу тебе, о да, Предание от северных волхвов: У каждого внутри идет борьба, Похожая на схватку двух волков. Один волчище представляет зло: И ложь и зависть, злоба без причин. Другой волчонок есть само добро: Любовь, надежда, верность до седин. Внук, тронутый до глубины души, Задумался надолго, и спросил: — Не вечен ли их бой в лесной глуши? И у какого волка больше сил? С улыбкою Старик, на добрый толк, Ответил очень кратко, в две строки: — Мой мальчик, побеждает только волк, Которого ты кормишь из руки...

Афанасий: Спаси Господи, Агния!

Igor: Жизненные волнения Однажды рыбы пожаловались Богу на постоянно волнующееся море. Но стоило морю успокоиться – и они тут же оказались в сетях рыбаков. Спады и подъемы в нашей жизни – воплощение мудрости Вселенной. Так давайте молиться о том, чтобы спокойствие царило в наших сердцах, а не в мире, окружающем нас.

Igor: Весьма любопытная персидская притча: Однажды мышь заметила, что хозяин фермы поставил мышеловку. Она рассказала об этом курице, овце и корове. Но все они отвечали: "Мышеловка - это твои проблемы, к нам она никакого отношения не имеет!". Чуть позже в мышеловку попалась змея - и укусила жену фермера. Пытаясь ее излечить, жене приготовили суп из курицы. Потом зарезали овцу, чтобы накормить всех, кто приехал навестить больную. И, наконец, закололи корову, чтобы достойно накормить гостей на похоронах. И все это время, мышь наблюдала за происходящим через дырочку в стене и думала о вещах, которые ни к кому никакого отношения не имеют!

Прасковья: Oleg23 пишет: — Мой внук, я расскажу тебе, о да, Предание от северных волхвов: У каждого внутри идет борьба, Похожая на схватку двух волков. Один волчище представляет зло: И ложь и зависть, злоба без причин. Другой волчонок есть само добро: Любовь, надежда, верность до седин. Внук, тронутый до глубины души, Задумался надолго, и спросил: — Не вечен ли их бой в лесной глуши? И у какого волка больше сил? С улыбкою Старик, на добрый толк, Ответил очень кратко, в две строки: — Мой мальчик, побеждает только волк, Которого ты кормишь из руки...

Прасковья: Igor пишет: Однажды мышь заметила, что хозяин фермы поставил мышеловку. Она рассказала об этом курице, овце и корове. Но все они отвечали: "Мышеловка - это твои проблемы, к нам она никакого отношения не имеет!". Чуть позже в мышеловку попалась змея - и укусила жену фермера. Пытаясь ее излечить, жене приготовили суп из курицы. Потом зарезали овцу, чтобы накормить всех, кто приехал навестить больную. И, наконец, закололи корову, чтобы достойно накормить гостей на похоронах. И все это время, мышь наблюдала за происходящим через дырочку в стене и думала о вещах, которые ни к кому никакого отношения не имеют!

андрей ю.: "Несли сосуд с драгоценной жидкостью. Все падают перед ним ниц, все целуют сосуд, заключающий эту драгоценную живящую всех влагу, но восстают люди и начинают кричать:"Слепцы, чего вы сосуд целуете, дорога лишь живительная влага, в нем заключающаяся, дорого содержимое,а не содержащее, а вы целуете стекло, простое стекло и стеклу приписываете святость...Идолопоклонники, бростье сосуд, обожайте лишь живящую влагу, а не стекло". И вот разбили сосуд, живящая влага разлилпсь по земле и исчезла в земле, разумеется... Сосуд разбили и влагу потеряли"Эта прекрасная легенда направлена против врагов обряда.

Василиса: Всесильный Царь. Царь обратился к отшельнику: -Попроси у меня все, что хочешь и дам тебе это! Отшельник сказал: -Дай мне бессмертной жизни, вечной молодости, неиссякаемого богатства, радости, которую никогда не омрачит никакое горе. Царь ответил: -Над такими вещами я не властен. -Тогда оставь меня в покое, - сказал отшельник. - Я буду просить это у Того, Кто в состоянии мне все это дать.

Евгения: Истинное смирение. Однажды учитель прогуливался со своим учеником. Во время прогулки им встретился, проходящий человек, которой не видя их толкнул учителя. Ученик возмутился на прохожего и попросил быть внимательней. Но в ответ услышал оскорбительные слова, которые выказывали злость и агрессию. Вдобавок к этому он подошел к учителю и толкнул его, назвав грубым словом, обругал и удалился. Учитель продолжал сидеть на земле и спокойно смотреть вслед ушедшего: -Бедный…Как мятежно сердце его, как он страждет… -Он только что обругал тебя!- напомнил в удивлении ученик. -Меня то? – улыбаясь ответил учитель. -Тебя!- настойчиво повторил ученик, удрученный произошедшим. -Что с того, что он глух ко мне, когда и я сам к себе также глух? - спокойно и свободно сказал учитель.

Агния: Один из вас Мессия. Однажды старец-отшельник, живший в пещере высоко в горах, открыл глаза и увидел перед собой незваного посетителя - настоятеля знаменитого монастыря. — Что ты здесь ищешь? — спросил монах. Настоятель начал подробно излагать свою печальную историю. Одно время его монастырь пользовался огромной популярностью. В его кельях толпились молодые искатели истины, а церковь отзывалась на песнопения монахов. Но вот монастырь стал испытывать тяжелые времена. Поток молодых монахов иссяк, исчезли толпы тех, кто обретал здесь духовный покой, а церковь погрузилась в тишину. В монастыре осталась лишь небольшая группа монахов, но и они выполняют свои обязанности с тяжелым сердцем. Настоятелю хотелось знать следующее: «Не попал ли монастырь в такое бедственное положение из-за грехов наших?» — Да, — ответил старик, — из-за греха неведения. — А что это за грех такой? — Один из ваших братьев — переодетый Мессия, но вы об этом не догадываетесь. Сказав это, он закрыл глаза и вернулся к молитве. В течение всего нелегкого возвращения в монастырь сердце настоятеля учащенно билось при мысли о том, что Мессия — сам Мессия! — вернулся на землю и пребывал именно в его монастыре. Как же могло случиться, что он не смог Его распознать? И кто это может быть? Брат-повар? Брат-ризничий? Брат-казначей? Брат-приор? Нет, только не он, у него столько недостатков, увы! Но старец сказал, что Он замаскирован. А может, эти дефекты и являются маскировкой? Давай еще раз подумаем: у каждого в монастыре есть недостатки. И каждый может оказаться Мессией! Вернувшись в монастырь, настоятель собрал монахов и рассказал им о своем открытии. Они посмотрели друг на друга с недоумением. Мессия? Здесь? Невероятно! Но Он искусно замаскирован. Все может быть. А вдруг это брат такой-то... А может, это брат такой-то... А может... Одно не вызывало у них сомнений: если Мессия прятался среди них, то вряд ли им суждено обнаружить Его. Поэтому они стали относиться друг к другу с большим уважением и вниманием. «Никогда не знаешь, кто окажется рядом с тобой, — говорили они друг другу. — А вдруг Мессией окажется твой сосед?» В результате такого разительного изменения атмосфера в монастыре стала наполняться радостью. И вновь церковь отозвалась эхом на священные и счастливые песнопения монахов, чьи сердца пламенем охватил дух Любви.

Агния: Ещё больший подвиг. Один отшельник достиг такой святости, что спокойно жил среди зверей, и они его не трогали, кормил их детёнышей, и звери не причиняли ему вреда. Когда его увидел один из отцов монастыря, он сказал: – Если ты хочешь достичь ещё большего совершенства – иди в монастырь и попробуй ужиться со святыми братьями.

Агния: Притча о камне. Лежал камень в воде 5 лет , да остался сух внутри. Но так как он был камень, то думал, что виновата вода в том месте , где он лежит и что ему нужно другое место с другой водой .



полная версия страницы